Они двинули, все устали, но Крис их постоянно подгонял, он знал, что необходимо убраться отсюда как можно быстрее.
В город они прибыли часам к девяти, несмотря на все перевалы и отдыхи Крис умудрился заставить их идти достаточно быстро. Тем не менее, ребята и Анна вымотались до предела и сейчас еле брели, а им ещё предстояло искать ночлег. Сейчас они шли по полю, до въезда в город оставалось метров двести, там был оборудован какой-то пропускной пункт, и Крис присмотревшись, разглядел на нём роботов.
— Так, ребята, слушайте меня внимательно, я ваш друг, Крис Сташевски, вы называете девичью фамилию вашей матери Винер, смотрите, не ошибитесь. Далее, легенда, мы с вами все туристы, просто туристы, я вам не муж, не отец, я просто друг вашей матери не более чем. Мы с вами ушли в лес на неделю, ничего про пришельцев не знаем и не слышали, это понятно? Все старательно изображаем удивление.
— Почему? Мы могли бы…
— На дороге не было ни одной легковой машины за четыре часа, вполне возможно, что сейчас в стране введён комендантский час, запрет на то чтобы выходить на улицу и тому подобное. Мы с вами его нарушили, без уважительной причины нас как минимум могут арестовать. Это нам не нужно, если нас арестуют, то начнут устанавливать личность, дальше всплывёт что я военный, а вы семья директора ЦРУ, в этом случае нам всем крышка. Короче, по возможности молчите, говорить буду я.
— Да, это понятно.
— Всё идём к входу в город, к роботам.
Они подошли к пропускному пункту, в начале при приближении роботы никак не реагировали, но когда они подошли к ним на расстояние метров десяти, один из роботов приказал.
— Назовите себя?
— Мы гражданские, я Крис Сташевски, а это семья моего друга Анна Винер и её дети.
— Вам известно о введённом комендантском часе? Вам запрещено находиться на улице без разрешения.
— Мы туристы, ушли в лес на неделю, ничего не знаем, только видели какую-то странную колону из грузовиков и роботов. Здесь что испытывают какое-то новое оружие? Мы можем пройти?
— Нет, до конца особого режима осталось 12 часов, вы будете задержаны и помещены в специальный сектор, после чего, по окончании особого режима вы будете выпущены на свободу и сможете идти туда, куда захотите. А сейчас следуйте за мной.
— Вы не имеете права нас задерживать, мы…
— В случае попытки побега буду стрелять на поражение. — Холодно сообщил робот. — Следуйте за мной, вас ознакомят с ситуацией, новыми законами и по окончании времени особого режима вас отпустят на свободу, и вы сможете проследовать туда, куда вам требуется.
— Хорошо, мы подчинимся, всего 12 часов?
— Да, через 12часов закончится передача власти новой администрации, распределение полномочий и будет разрешена частичная свобода передвижения.
Их провели через несколько улиц, и они оказались в местном полицейском участке. Здесь было несколько десятков роботов и трое людей в полицейской форме. Их посадили на скамейку, и они смогли передохнуть, они сидели молча и ждали. Прошло минут десять, к ним подошёл полицейский и обратился к ним. Мы должны установить ваши личности, пройдёмте за мной, сначала вы мужчина. Крис поднялся и направился за ним, его усадили в кресло, на голову надели какое-то устройство с виду напоминавшее металлическую шапочку. Сзади пристроился робот, он наблюдал, но никак не реагировал.
— Что это?
— Инопланетный детектор лжи. Только он работает на ином принципе, не так как наш, он сканирует энцефалограмму мозга, обмануть его невозможно, так что отвечайте на вопросы только честно. Обмануть его невозможно, но правильно подбирай слова, — сделал намёк полицейский, и Крис сразу понял, что тот имел ввиду, можно не врать, но, верно подбирая слова, можно не говорить того, что приведёт его к смерти.
— А что, причём тут инопланетяне?
— Вы не в курсе?
— Ну, не совсем.
— Нас завоевали. Ладно, приступим, отвечайте честно, первый вопрос, сколько вам лет? Ваше имя и фамилия.
— Тридцать один. Крис Свифтланд. — В этот раз Крис понял, что соврать не удастся и придётся назвать настоящую фамилию.
— Вы военный?
Крис подумал секунду, и понял, что его выведут на чистую воду, соврать не удастся, скорее всего, и лучше не пытаться даже, иначе это вызовет подозрения, но быть может, удастся отмазаться иначе?
— Да я офицер армии США.