Но куда больше, чем второй запуск, королева ждала запуск третий и четвёртый, которые должны были пройти почти одновременно. Третья ракета должна была вывести на орбиту телескоп, массой в сто килограмм. Способный увеличить изображение в 160 раз! И все очень ждали результатов его фотографий. Планы на космический телескоп были очень масштабными, он должен был сфотографировать и солнце, и Юпитер, и спутник, Нептуна названный Тритоном, который вращался всего в 350 тысячах километрах. Увеличенные фотографии повышенной детализации, должны был на много пролить свет.
Четвёртая же ракета выполняла личный заказ и пожелание королевы. Она должна была вывести на орбиту сверх чувствительный фотоаппарат. Задача спутника, сделать один круг над планетой, и нащёлкать 360 очень чётких и колоритных фотографий. С высочайшим качеством изображения. После чего аппарат должен был вернуться на поверхность планеты, сохранив фотографии. Королева не доверяла фотографиям, пересланным по радио. Слишком маленькой яркостью и разрешением они обладали. Королева считала, что просто очень качественные фотографии могут пролить ответы на многие вопросы. Поставить хотя бы точку на споре о цвете космического пространства. Тёмно зелёный или тёмно синий?
И настал день, оба ракетоносителя вышли на заданные орбиты, и на поверхность со спутников стали передаваться данные. Второй спутник, сфотографировав всё, что должен начал торможение, с целью вернуться на поверхность. А космический телескоп начал присылать по радио всё, что мог сфотографировать. Новые принтеры сделанные королевой, могли печатать полученные из космоса фотографии с вчетверо большим разрешением, также была значительно повышена их цветность. При этом также значительно увеличилась площадь печати, отпечатываемые фотографии стали раз в десять больше, чем те, что печатались с первого спутника, это также должно было увеличить количество фрагментов на снимке, а значит, изображение можно было более точно обработать. В противном случае, считала королева, никакой пользы от телескопа не будет.
Из принтера вылезла первая фотография, полученная космическим телескопом. Крит взял её в передние лапы, рассмотрел и подошёл к королеве.
— Такое ощущение, что космос вообще чёрный. Хотя это странно.
— Да, это странно, новые краски и качество пересылаемой информации, снимок должен был бы иметь цветовые оттенки, по идее, хотя это можно объяснить…
— Очевидно, даже если у космоса и есть оттенки других цветов, это очень тёмно зелёный или очень тёмно синий, почти чёрный. И это очень важный момент, значит глубина вакуума в космосе на много выше, чем мы считали. Но даже под таким увеличением, диаметр звёзд почти не изменился, это странно.
— Возможно, если объект немыслимой яркости, он воспринимается телескопом как светящаяся точка, лишённая диаметра, поэтому и на этих и на предыдущих фотографиях, звёзды просто точки.
— Я знаю, Крит, возьми вторую.
Крит подошёл к печатающему устройству, который заканчивал вторую фотографию. Принтер трудился медленно, кропотливо пропечатывая каждую точку, сложнейшее устройство, создающее на основе электронных кодов изображение. Наконец распечатка была закончена, и Крит взял второй большой листок, подошёл к ним с королевой. Тут была изображена планета, которую они обнаружили раньше, Юпитер с увеличением в 160 раз. В отличие от звезды, юпитер на снимке был не точкой, а не большим шариком с диаметром около трёх миллиметров.
— Ну вот. Хоть какой-то результат, Юпитер не точка, а круг диаметром 3 мм.
— Но почему он красный? Удивилась королева, этого не может быть. Его цвет должен быть синим, голубым, как у нашей планеты.
— Королева, ответ прост, вы же учили биологию, и куда глубже, чем я — сказал Крит, — просто там нет жизни, нет даже бактерий. Там так жарко, и столь высокий уровень радиации, что нет даже простейших. А раз нет жизни, нет и метана в атмосфере. Метан, это явный признак наличия жизни. Эта планета радиоактивная пустыня. Впрочем, скорее всего там даже нет твёрдой литосферы, там слишком жарко, слишком. Я не могу сказать, из чего состоит атмосфера, но там может быть намешано много всего.
— Да я понимаю, искать пригодные для жизни миры так близко от солнца, как Юпитер бессмысленно. Жаль, но найти планеты столь сильно удалённые от солнца как наша, весьма сложно.