— Открываю, — выдавила она, и её пальцы, дрожа, потянулись к панели управления.
Двери с тихим шипением разошлись.
И всё замерло.
Гул стих. Тишина вернулась, став ещё более зловещей после оглушительного рёва.
Кей осторожно шагнула внутрь. И застыла на пороге, не в силах поверить своим глазам.
Это был не Реакторный зал.
Это было чрево.
Стены, пол, потолок — всё было покрыто пульсирующей, живой тканью, испещрённой сиящими фиолетовыми и бирюзовыми прожилками. В центре зала висело огромное, похожее на сердце образование, от которого расходились толстые, похожие на сосуды, канаты. И в самом центре этого «сердца», мерцая холодным светом, висело то, за чем она пришла — Ядро «Абсолюта».
Но её взгляд приковало не к нему.
Из живой стены перед ней медленно, словно рождаясь из самой плоти станции, начала проступать фигура. Сначала это были лишь очертания — высокие, мощные, явно гуманоидные, но... неправильные. Слишком длинные конечности, неестественные пропорции.
Фигура сделала шаг вперёд, выходя из биолюминесцентного тумана.
И Кей увидела его.
Это не был человек. Это было воплощение самой станции. Его кожа отливала цветом тёмного перламутра и в некоторых местах была покрыта мелкими, переливающимися пластинами, похожими на хитин. Длинные, почти до пола, руки заканчивались изящными, но смертоносными на вид пальцами. И глаза... Глаза были без зрачков, двумя угольками тлеющей бирюзы, полными древнего, безразличного разума.
Он посмотрел на неё. Не удивился. Не разозлился. Он смотрел так, будто ждал её. Всю свою долгую, непостижимую жизнь.
Её имплант, её «Дар», который всегда защищал её, вдруг выдал в её сознание не данные, а одно-единственное, чужое слово, прорвавшееся сквозь все барьеры.
Ключ.
И тогда он заговорил. Его голос был не звуком, а вибрацией, входящей прямо в мозг, обходящую уши. Он был низким, как гул самой станции, и безжалостно спокойным.
Ты опоздала.
Глава 3. Клетка из плоти и света
Ты опоздала.
Слова прозвучали не в ушах, а в самой глубине её черепа, холодной стальной иглой, вонзившейся в сознание. Кей отшатнулась, её спина с глухим стуком ударилась о дверной косяк. Инстинкт кричал «беги», но ноги не слушались, парализованные древним, животным ужасом.
Существо — Ноктур, как назвало его что-то в её памяти — не двинулось с места. Оно изучало её. Его взгляд был физическим весом, давившим на её плечи.
— Что... что ты такое? — её собственный голос прозвучал хрипло и чуждо, заглушаемый шипением скафандра.
То, что было здесь до вас. То, что останется после.
Он медленно поднял руку, и стена из живой ткани позади него вздыбилась, выбросив щупальце, которое плавно обвило её лодыжку. Прикосновение было не грубым, но неумолимым. Холодная, упругая плоть. Она дёрнулась, пытаясь высвободиться, но щупальце лишь плотнее сжалось.
— Отпусти! — она потянулась за бластером на бедре.
Оружие выскользнуло из кобуры, но прежде чем она успела навести его, второе щупальце, возникшее из пола, обвило её запястье с хрустом. Боль, острая и огненная, пронзила руку. Бластер с грохотом упал на пол и исчез в пульсирующей массе.
Неразумно.
Теперь его голос звучал прямо перед ней. Он не шагнул — он просто возник, преодолев расстояние в несколько метров за мгновение. Его хитиновые пальцы коснулись стекла её гермошлема. Под этим прикосновением сверхпрочный поликарбон затрещал, покрываясь паутиной трещин.
— Нет! — крикнула она, пытаясь отклониться, но щупальца держали её намертво.
С глухим шипящим звуком шлем разошёлся пополам. Ледяной, стерильный воздух «Абсолюта» обжёг её лёгкие. Запах... запах был странным. Сладковатым и металлическим, как озон после грозы и что-то ещё, чужеродное, проникающее в самое нутро.
Он отбросил обломки шлема и его пальцы коснулись её кожи у виска. Прикосновение было обжигающе холодным. Она зажмурилась, ожидая смерти.