– Есть еще какие-нибудь помехи, которые мне стоит устранить?
Я медленно мотнула головой и прикрыла рот. В целом, возразить было нечего. Платье все равно не мое, а двигаться действительно стало легче.
– Хорошо.
Воин снова взял меня под колени и, приподняв, пихнул к окну. Деревянные створки все еще находились слишком высоко.
– Обопрись о стену — я тебя подкину, встанешь ногами мне на плечи, – послышался низких грубый голос у меня из-под зада.
Я хмуро покосилась на него через плечо. Отчего-то этот холодный мрачный здоровяк пробуждал во мне сплошные капризы. Его безразличие раздражало.
– Когда мы успели перейти на «ты»?
– Не беспокойтесь, моя королева. Когда вас убьют из-за вашего упрямства, я обязательно зачитаю над вашей могилой огромную уважительную речь и, как положено, выкажу все свое почтение. А сейчас, будьте душкой — делайте что говорю.
Жуткие дымчатые глаза впились в меня с таким напором, что слова сами отказались выходить изо рта. Я тихо запыхтела, но оперлась о стену и принялась ждать. Сильные руки так ловко меня подкинули, что я даже не пошатнулась, будто выполняла подобные трюки каждый день на протяжении всей своей жизни. Как и было сказано, встала ногами на широкие плечи здоровяка и, ухватившись за выступ открытого окна, вскарабкалась по стене.
Совсем не по-королевски ввалившись внутрь, сдула с лица растрепанные пряди и перегнулась через подоконник.
– И что теп…
Я ошалело округлила глаза и тихо выругалась. Под окном никого не было. Совсем. Над замком нависла умиротворенная тишина.
– Нет, ну интересный мужчина…
– Ваше Величество! – неожиданно раздалось за спиной.
Я взвизгнула и обернулась, хватаясь за перевернувшееся сердце.
Из-за высокого старого стеллажа выскочила Белинда. Повариха облегченно вздохнула и всплеснула руками.
– Моя королева, как хорошо, что вы здесь! Ваши родители вас уже обыскались! Там такое было, такое… Мы думали, вас похитили!
Женщина ощупала меня на наличие повреждений и снова эмоционально прижала руки к груди.
– Со мной все хорошо. Мне удалось спрятаться.
Сыпать подробностями у меня не было желания. Да и не знала, что из произошедшего можно рассказывать. Незнакомец показался чересчур скрытным. Жива и жива, что тут говорить…
Повариха торопливо меня осмотрела и остановилась на обнаженных грязных коленках.
– Идемте, нужно привести вас в порядок!
Проследив за ее взглядом, едва сдержала смешок. Искупаться действительно не мешало бы.
***
После того, как Катарина вынесла мне все мозги своими наставлениями вперемешку с радостными возгласами, уже знакомые слуги умело быстро вернули мне прежний опрятный вид. Когда я грелась в горячей купальне, мать Анкиры отходила от произошедшего и причитала о том, как не любят их боги, что подставную дочь и ту пытаются забрать. Пока мне укладывали локоны, она дотошно расписывала, как нужно себя вести, чтобы всегда оставаться в безопасности. Разумеется, в том, что мне удалось проскользнуть мимо целого отряда хранителей, оказалась виновата я. Мне такое умозаключение не понравилось, но, в целом, возражений не нашлось. Я действительно сама удрала.
– Не вздумай пользоваться своими положением и пытаться от них спрятаться, – в который раз повторяла женщина, строго хмурясь. – Берингар дал им добро делать все, что нужно, чтобы сохранять тебя в безопасности, даже если тебе это не понравится.
Я недовольно поджала губы и в очередной раз поправила раздражающий тугой корсет. Наконец, мы остались наедине, и можно было вернуться к насущным темам.
– Что там с колдуньей? Ее нашли? Извините, конечно, но роль вашей дочери не вызывает восторга.
Катарина смягчилась и вздохнула.
– Пока нет, но не думаю, что это надолго. Потерпи еще немного. На самом деле, ты отлично держишься. Просто… Мне тоже порой тяжело. Думаешь, мне хочется, чтобы Анкира проходила через все это?
Ее плечи опустились, и все это время скрываемая усталость исказила бледное аристократичное лицо. Смягчилась и я. Чертовы традиции, обязанности перед народом и всякие волшебные дары загнали этих людей в угол. Семью Ратценбергских ждали тяжелые времена.