В его словах был смысл, и я пораженно поджала губы.
Сердце в груди совершило кульбит, когда горячая ладонь вдруг отодвинула корсет и скользнула под низ рубашки. Шероховатые подушечки пальцев дразняще царапнули нежную кожу, отчего меж бедер сладко заныло.
– Твои слова весомее, чем тебе кажется. Ты всегда можешь все изменить, – тихо проговорил дракон, тяжело дыша. Дикие глаза помутнели от бешеного желания. – Скажи «нет», если хочешь, чтобы я ушел — и я уйду, Кира. Верь мне.
Остатки гордости отчаянно трепыхнулись внутри, и я едва не сказала это злосчастное «нет». Отказ висел на кончике языка. Но, видимо, соединение между телом и разумом уже было прервано. Все мое естество поднялось против моих же принципов.
Я устала и запуталась. А еще едва сдерживалась, чтобы не пасть еще ниже и не наброситься на мужчину.
Ожидаемо, Рэйдон мгновенно заметил эту заминку. Внимательно вглядываясь в мое выражение, он тихо рыкнул, когда разглядел в нем то, что хотел. Этот звук прокатился по телу разрядом, застыв сгустками напряжения в затвердевших сосках.
Больше ничего не говоря, дракон схватил меня за талию и впечатал спиной в стену рядом с тумбой, после чего протиснулся меж ног и вжался своими бедрами в мои. Перед глазами заплясали звезды, уши заложило от бешеного потока крови в венах. Материал штанов был плотным, но тонким, и я остро ощущала каждый сантиметр горячей налитой плоти.
Рэйдон жарко выдохнул мне в губы и принялся медленно, но жестко раскачиваться напротив скрытого тканью влажного лона. Я вцепилась пальцами в его спину и уперлась затылком в стену. Это желание делало меня слишком слабой — до трясущихся поджилок и мурашек вдоль «размякшего» позвоночника.
– Если Лерой когда-либо снова сделает это со мной, – хрипло поспешно пробормотала, – я уйду — клянусь.
Пылающие змеиные глаза встретились с моими, и воин кивнул.
– Не сделает. – Он неожиданно лукаво усмехнулся. – Это больше и не нужно.
Задыхаясь от очередного толчка, выгнулась и тихо простонала.
– Что ты имеешь в виду? – почти прошептала, чувствуя как сердце мечется уже где-то в глотке.
Хранитель склонился и коснулся моих губ своими. Сильные руки дразняще мяли ягодицы, подталкивая желание к краю. Зажатая меж стеной и его тяжело вздымающейся грудью, я смотрела в хитрые дикие глаза и разрывалась от подступающей волны экстаза. Сила накатившей похоти поражала.
– Укус Лероя действует по-разному. Вызывает страх… – рваный толчок бедрами и хриплый стон, – лихорадку… – еще один, более нетерпеливый, толчок, – вялость и сонливость… – толчок. – Но желание он вызывает лишь у тех, кто предрасположен его чувствовать. Ты завелась, а не испугалась, потому что Лерой тебя привлекает.
Прикрыв глаза, я сильнее вжалась в грязно ругающегося мужчину. Крепко обхватив меня руками, он содрогался от разрядки, которая подтолкнула к краю и меня. На какое-то время я потеряла связь с реальностью, ощущая лишь терпкий аромат возбужденного мужского тела и жар его кожи. От давления смешанных эмоций я стала походить на выжатое полотенце, конечности и мысли превратились в сбитую кашицу.
Когда снова распахнула веки, дракон уже уложил меня на постель рядом со спящим Лероем и, ласково убрав спавшие на лицо пряди, отправился на выход.
Взгляд невольно остановился на щетинистом светлом лице волка.
Проклятье, да. Он привлек меня еще на боях.
Глава 16
Очнулась я от шумного сопения над ухом и шероховатого прикосновения к ключице.
Новый мир открыл во мне кучу неизвестных мне ранее инстинктов. Кто именно меня трогает, поняла мгновенно. И вынырнула из объятий сна тоже мгновенно. Так же, как и мгновенно среагировала.
Вчерашний день и разговор с Рэйдоном навели относительный порядок в моих голове и душе. Я чувствовала себя уже не такой растерянной и чертовски уверенной, что больше проблемы бегством решать не стану.
Обида напомнила о себе еще до того, как я отрыла глаза. А, открыв их, резко села и смела волка знакомым серебристым вихрем с кровати. Мужчина, не ожидая поворота, полетел кубарем, проехался задом по деревянному полу и, врезавшись спиной в стену, ошеломленно выпучил глаза.
Такими трюками я не пользовалась с тех пор, как подожгла штаны воина на показательных боях. Только тогда смущение перебило все остальные чувства, и я так и не поняла, какого это — колдовать. Зато поняла сейчас. За спиной словно раскрылись крылья, а в душной каморке моей души наконец открыли окно. Приятная свежесть наполнила не только легкие, а и пробралась куда-то внутрь. Непередаваемое ощущение свободы.