– Ты сказал, противоядие есть… И где его взять?
– Нам его не достать, – уверенно покачал головой оборотень. – Дагмар может. Возможно, и Рэйдон… Но я не уверен, что нас найдут так скоро.
– Но ведь Дагмар умеет строить порталы! – возразила, отказываясь впускать отчаяние.
– Если бы мог построить к нам, уже бы сделал это. Прошло достаточно времени. Полагаю, ему не удалось счесть твои координаты. А еще, похоже, мы в Тигане — городе на противоположном от Мальтора конце. Пока обрыщут все города, уже может быть поздно.
Я поджала губы, и положив полотенце обратно в миску, принялась хмуро разглядывать серую подушку в горошек под головой воина. Чувствовала, что если встречусь сейчас с его глазами — либо расплачусь, либо побью.
Боковым зрением заметила, как мужчина поднимает руку и тянется к моему лицу, но внезапно останавливается и, сжав ладонь в кулак, возвращает ее на кровать.
– Ты что-то вспомнила… Скажи мне, – попросил, намекая на мою странную реакцию.
И в этот раз я охотно поддержала разговор. Нельзя сейчас продолжать тему яда, или это выльется во что-то очень эмоциональное.
Я осторожно взглянула на волка исподлобья. Не была уверена, хорошая ли идея говорить ему об этом, но отступать уже поздно.
– Я никуда не убегала в лесу. Я… виделась с Сатраной — колдуньей, что обменяла меня с Анкирой.
***
Какое-то время Лерой молчал, со странным нечитаемым выражением меня рассматривая. Я терпеливо ждала его реакции, не уверенная, что именно сейчас испытываю. Внутри боролись злость на чертову колдунью, вина из-за того, что, впоследствии этого необдуманного поступка, волка ранили, и сомнения по поводу того, стоит ли доверять хранителям все подряд.
– Ты же говорила, что искала меня, – наконец выдал оборотень, и по его тону было невозможно что-то понять.
– Да, искала, – кивнула, не отрывая от него взгляд. – Но она перехватила меня по пути, и мы немного отошли поговорить.
– Немного, – фыркнул мужчина, метнув в меня «ты-серьезно» взгляд, и задумчиво проговорил: – Тогда понятно, почему мы, кроме тебя, больше никого не почувствовали. Колдунов почти невозможно ощутить, пока те сами этого не позволят.
– Одно из тех особых редких заклинаний, что дает им преимущество над другими расами? – вспомнив его слова, медленно переспросила, в принципе, уже зная ответ.
Лерой кивнул и насупился. Волчий взгляд вдруг похолодел.
– Что она тебе сказала? Надеюсь, ты не согласилась ни на какие условия? Я бы на твоем месте не доверял ни колдунам, ни Берингару. А, учитывая, что они сейчас заодно…
Я мрачно кивнула.
– Удивишься, но она сказала, чтобы я смирно сидела у вас под боком и никуда не совалась.
– Дельный совет, – хмыкнул мужчина, глазами требовательно выуживая из меня продолжение.
Только Лерой из всей троицы умел смотреть так нетерпеливо и повелительно, словно все вокруг были маленькими, изводящими его пустой болтовней, детьми. Даже Дагмар смотрел спокойнее, пускай и тяжелее, что, к слову, странно. Ведь если так подумать — разве наследный принц Ингушлара не выше альфы какой-то там стаи? Кстати, поговорить бы об этом с магом… Не из-за зеницы ли ему пришлось отречься от престола?
Как, черт возьми, ужиться с тремя мужчинами и ничего не упустить? Пока каждому уделишь внимание, уже и о самой себе забудешь…
– Что еще она сказала?
Я нахмурилась и принялась тщательно копаться в воспоминаниях, стараясь передать все сказанные слова правильно, поскольку ни черта не поняла, что они точно означают. Еще все так быстро завертелось… Даже не успела ничего толком обдумать.
– Она сказала, что никто, кроме нее, вернуть домой меня не сможет, а она этого не сделает. Ей нужно, чтобы Анкира осталась в моем мире.
Густые каштановые брови мужчины взлетели вверх. Он озадаченно моргнул.
– Она служит Берингару, ей придется выполнить его приказ, если хочет жить. Он не позволит оставить дочь в неизвестном мире.
– Дело в том, что она служит не Берингару, – медленно проговорила, только сейчас осознавая, насколько, на самом деле, много у меня проблем.
– Что? Кому тогда? – Оборотень напряженно приподнялся на локтях.
Я невольно засмотрелась на то, как красиво дрогнули мышцы сильного тела.
– Мне бы тоже хотелось это знать, – буркнула, пожимая плечами. – Она не посвятила меня в детали. Сказала лишь, что мне нужно сидеть на попе ровно, если хочу пережить то, что намечается.
О том, что она пообещала вернуть меня домой, благоразумно решила промолчать. Не очень-то, конечно, в это верится, но кто знает, куда дальше завернет мою чудную непредсказуемую жизнь.