- Матушка, позволь узнать, что здесь забыли эти грабители королевской казны?
- Позвольте, Ваше высочество, мы прибыли, чтобы выразить свои соболезнования королевской семье и …
Этот человек не успел договорить. Я перебила.
- Молчать. Кажется, я говорила не с вами, - прошипела я, словно гадюка.
- Эмилия, эти смотрители прибыли за новостями, которые они смогут рассказать своим горожанам.
- Вот как? Еще и трех дней не прошло со смерти отца. Я и то узнала об этом пару часов назад. А наши градоначальники тут, как тут, - меня охватила ярость. – Убирайтесь. Оставите нас в покое хотя бы в день похорон!
Мужчины уставились на меня, как на говорящего голубя. И я не выдержала:
- Вы все немедленно оставите свои полномочия. C меня достаточно этого притворства!
- Леди кого вы из себя возомнили? Кто вы такая, чтобы говорить нам, что делать? Эти должности выделил нам король, и не принцессе их отнимать!
- Я Эмилия Аделаида – наследница династии и этой страны. Отныне все здесь находится под моей властью. Все граждане обязаны уважать и следовать моей воле. Мои приказы не обсуждаются, если вас что-то не утраивает, пожалуйста, двери там, - я указала рукой. – Вас никто не смеет задерживать.
Кто-то посмеялся и вышел вперед.
- Вы, ваша гневность, еще не королева. И вряд ли ей станете!
Это был вызов, общий шаг. Шаг ведущий в пропасть. Ибо обо мне они знают катастрофически мало.
- Это угроза?
- Даже если так, то что? Выпорите нас плетью? Это ваш излюбленный метод верно?
- У меня есть куда белее действенные методы. Стража, в темницу всех поголовно. Пусть гниют вместе с крысами.
Всех схватили и потащили в темницу, которая находится в катакомбах. Заключенные пытались вырываться, но стражи обучены куда лучше.
- Принцесса, послушайте мои слова, – закричал тот, кто говорил со мной.
- Давайте, удивите меня.
- Эмилия Аделаида де Атланта, однажды вы не сможете прикрываться своим именем, как щитом. Тогда я буду рад смотреть на то, как вы склонитесь перед всеми нами. Возможно, тогда и вашу спину располосует хлыст.
Минуту я смотрела на его довольное лицо. Он высказал все, что хотел. И он верил в то, что говорит. Иначе бы не произнес ни слова. За такое он может лишится головы.
- Еще одно слово и ваша кожа со шрамами будет висеть на главной площади, чтобы другим не повадно было. Думается мне, что лишится кожи куда больнее чем получить плетью.
- Эми, ты ли это? Я не узнаю свою дочь. Когда ты успела стать такой жестокой? – спросила мама.
- Ты и представить себе не можешь, что они вытворяют за нашими спинами. Мама, ты милосердна, справедлива, но милосердие ничему их не научит.
- Они поступили ужасно, но ты не должна опускаться до их уровня, – закончила она.
- Давайте обсудим это после. Сейчас я даже думать не могу о ком-то кроме вас.
Я обняла свою семью, и мы отправились на верх в покои сестры. Ник был счастлив увидеть меня, и мы провели время вместе.
Утором я проснулась рано. И отправилась в кабинет отца. Рассматривала полки с статуэтками и книгами. Печати и бумаги с его записями. Будто пытаясь найти путь к самому отцу.
- Он, все говорил, как виноват перед тобой.
Я и не заметила, как вошла сестра.
- Как он умер? – спросила я.
- На охоте его заколола кабаниха, говорят они убили ее потомство, вот она и взбесилась.
- Какая глупая смерть.
Это прозвучало, как насмешка. Но сестра понимала, что за ней скрывается море боли.
- Он ведь пытался тебя защитить, а ты даже не знаешь.
- Что ты имеешь в виду?
- То, что он держал тебя тут не просто так. Он не хотел, чтобы кто-то узнал о твоей силе. Оберегал тебя, как зеницу ока. Я говорила ему, что для тебя он становится чудовищем, тираном. А оно все отмахивался говоря, что это все мелочи по сравнению с твоей безопасностью. Он так тебя любил. Говорил, что однажды ты все поймешь. Я видела, как он плачет после твоих попыток выбраться отсюда. Но он не мог позволить тебе быть там, когда вокруг опасность.