— Думаешь они любят тебя? Многие из них мертвы по твоей вине! Думаешь они полюбят тебя за то, что ты убила меня? Нет, они лишь станут больше боятся. Никто и никогда не скажет тебе спасибо. Потому что ты убийца.
Я чувствовала, как кровь вскипает в моих венах.
— Прекрати, – прошипела я.
— Оу, тебе не нравится правда? Посмотрите, вашей королеве не нравится правда! А хочешь открою тебе еще одну: твоя семья гниет где-то очень далеко от сюда. Если этот мир рухнет это будет лишь твоя вина, потому что ты взяла его на свои плечи. Ты и будешь отвечать за все, пока однажды не сгниешь вместе с каждым из живых.
—Если помнишь, ты сам виноват в своей смерти. Твоя уверенность сыграла с тобой злую шутку. А теперь убирайся с глаз моих и никогда не появляйся, ведь отныне ты никто, хотя разве когда-то ты был кем-то?
Фредерик оскалился, но ни сказав и слова ушел. Это было верным решением с его стороны так, как разговоры о семье выводили меня из себя.
Остыв от этого инцидента, я встретила Селиуса, к этому древнему магу у меня было несколько вопросов. Он проживал в мире мертвых долгое время, может даже больше тысячи лет, а это значит, что в магии этого мира он разбирается лучше, чем я. К тому же с ним я общалась прежде, и он был очень добр:
— Селиус, я хотела бы узнать можно каким-то способом отследить ауры моей семьи? Ведь даже после смерти у души она остается, верно?
Он долго не решался ответить.
— Да, скажу больше я чувствую их, – он посмотрел на меня. – Будто в этом мире, но за его рамками. Совсем близко, но не настолько чтобы увидеть их.
— Что ты имеешь в виду?
— Они где-то есть, но я не могу знать, где именно.
Сжав до боли губы, я открыла портал в свою комнату и сразу рухнула на холодную плитку пола. Больно ударив коленки, закрыла лицо руками. Моя семья была где-то рядом, а я даже не могу их увидеть. Думая об этом всю ночь, я не заметила, как уснула прямо на полу.
Проснулась от запаха сирени, наполнившего мою комнату. Потерев глаза, я поднялась с пола и направилась в умывальню. Быстро выбежав во двор, встречала счастливых людей, в воздухе больше не было запаха пепла и его вкус не оставался на языке.
Зайдя в сад, я замерла. Он цвел. Каждый куст обзавелся розовым обрамлением цветов. Тропинки вновь стали ровными и чистыми. Даже газон позеленел. Все было просто прекрасно. Сад вновь стал цветочным лабиринтом.
Я пошла на голоса к беседке в центре. Там сидели Морена с братьями и Эриван, они смеялись и выглядели счастливыми.
— Здравствуй! – подскочила Морена и крепко меня обняла. — Ну как? Тебе нравится?
— Да, - ответила я. — Но, как вы смогли?
— Это все затея Эривана, представляешь! Я бы ни за, что до такого не додумалась! Конечно думала, как отблагодарить тебя за наше спасение, но не знала, что подарить той, у которой уже есть все. Но это просто чудесно, скажи? – переполняя эмоциями каждое слово, спросила она.
— Да, это волшебно, – протянула я пытаясь отвести взгляд от Риана, но не могла. Он смотрел на меня и все так же улыбался. Казалось, что это не я пялюсь на него, а он на меня. — А как вы справились с воздухом?
— А это… мы бы не справились без моих помощниц.
Я не поняла о ком она говорит, пока не увидела, как Морена закружилась, и ее белоснежная пышная юбка стала разлетаться, оставляя лишь прямую струящуюся.
А ведь это была совсем не юбка, а сотни маленьких фей. Точнее мотыльков. Они стали летать вокруг своей создательницы весело щебеча. Я невольно улыбнулась и вновь смутилась, заметив на себе взгляд Риана.
— Девчонки покажите-ка ей!
И мотыльки окружили меня со всех сторон создавая ледяные кружева в воздухе. Магия в нашем мире очень разнообразна. Есть такая от которой хочется бежать, а есть вроде этой, в которой хочется танцевать и петь, которой хочется восхищаться.
Воздух вокруг меня стал прохладней и свежей. А мое платье покрылось инеем, став белым. Морена, восторженно, смотря на меня прошептала:
— Красота.
Я сдержанно улыбнулась и прикоснувшись к ткани вернула ей черный цвет. Пожав плечами, поблагодарила их за столь невероятный подарок. Морена и ее братья ушли, сказав, что должны навестить своих людей, а Риан остался в беседке. Он смотрел на меня, но было ощущение, что его взгляд проходит насквозь.