— Женщина, женщина. С вами все хорошо?
Я открыла глаза и увидела старшеклассников, которые скопились вокруг меня, словно стая сорок. Голова болела немилосердно. Эти проклятые перемещения. Одни беды от них. Но, несмотря на ужасное самочувствие, все же села, ведь понимала, что нет времени. Нужно искать Филиппа.
— Все хорошо, — ответила, потирая виски. — Просто потеряла сознание. Простите, а вы случайно не подскажете, который теперь год и месяц?
Я напряженно посмотрела на школьников, ожидая ответа. Те сразу стушевались, начали пересматриваться между собой.
— Может вам скорую вызвать?
— Точно все в порядке?
— Что вам трудно сказать сегодняшнюю дату? — процедила сквозь зубы.
Еще мне здесь скорой помощи не хватало. И где, черт возьми, Лирон? Этого мужчины никогда нет, когда нужно.
— Двадцать восьмое марта, две тысячи двадцать первый год, — сказал один из парней.
Итак, март... Две тысячи двадцать первого. То есть... Ого... Но как так. Получается с того момента, как я подавилась мятной конфеткой прошло всего два месяца? Вот чудеса... Хотя, наверное, это будет мне на руку. Ничего не поменялось. Все, как было. Поэтому должна быстро найти своего сына. А еще мужчину.
— Дети, вы случайно не видели где-то поблизости кого-то еще без сознания?
— Видели. Там лежит... Под деревом.
Я на дрожащих ногах, все еще чувствуя себя так, словно всю ночь пила водку, пошла в указанном направлении. И увидела своего ненаглядного, все еще без сознания. Мужчина, как морская звезда, распластался на траве, получив шок от портала. Конечно, можно было его пожалеть и дать время, чтобы сам пришел в себя. Но... Не сегодня.
— Вставай. Просыпайся. Поезд приехал, — начала тормошить его за плечо. — Лирон! Вставай.
Между тем позади начался какой-то шум, вперемешку с криками.
— Что за собрание? Покурить вышли? Марш на уроки, потому что директору доложу. Что? Опять алкаши пришли? Щас я им дам.
Кто что кому давать я не поняла, ведь маг наконец открыл глаза и сразу закрыл их, поморщившись от боли.
— Ну, любимый. Мне сейчас не лучше, чем тебе. Но если мы задержимся на школьном дворе, хоть на одну лишнюю минуту, то рискуем быть избитыми. А это явно не приятное ощущение. Поэтому поднимайся.
Мужчина снова открыл глаза. Пришлось ему помогать подниматься. И как только я это сделала, к нам подошла пожилая женщина, в синем фартуке с большой метлой в руках.
— Сколько говорить, чтобы на территорию школы никто не приходил бухать! Здесь же дети. Ану выметайтесь по-доброму по-хорошему, пока милицию не вызвала.
Ее звонкий высокий голос, как ножом резанул по мозгу.
— Угомонитесь, женщина, — я тяжело вздохнула, поддерживая своего мужа, пока он удивленно оглядывался вокруг. — Мы не алкоголики. Видите: человеку плохо стало. Сейчас мы пойдем отсюда. Только не кричите.
— Да, знаю каково это ваше «плохо», — коза замахнулась на нас метлой, но Лирон вовремя махнул рукой и простым боевым заклинанием испепелил ее до основания, так что только черенок остался.
Это выглядело довольно эффектно. Столь эффектно, что уборщица, как рыба выброшенная на сушу, только и открывала и закрывала рот, не зная что сказать. А мы не планировали ничего объяснять или расспрашивать, тем более ждать, пока она придет в себя, а медленно поплелись к школьным воротам. Местность я узнала. К моей бывшей квартире, отсюда полчаса ходьбы. Поэтому нужно как можно быстрее попасть туда, придти в себя, а потом решать, как действовать дальше.
— Ты как? — спросила у мужчины, который едва волочил ноги.
Кажется ему досталось немного больше меня. Ведь я чувствовала себя довольно сносно. Да, голова болела. Да, в теле царила неприятная слабость. Но с этим можно было как-то справиться.
— Очень плохо... Этот мир впустил меня с трудностями. Пришлось приложить усилия, чтобы пробиться сквозь защитный слой.
— Ого... Господи. А что же с Филиппом? У него тоже такое было?
— Нет, не думаю. Во-первых, он ребенок и его способности еще только начали развиваться. Но главное это то, что его мама принадлежит этому миру, поэтому и принять его он должен, как родного.
Ну, хоть что-то. Более решила ничего не спрашивать у мужа, а пошла с ним к своей квартире. Нечего на пустые разговоры тратить драгоценную энергию. Она еще сегодня понадобится.
Следующие полчаса мы двигались живыми весенними улицами. На улице конец марта. Погода — сказка. Уже и не холодно, но не жарко. Деревья покрылись почками, на земле выросла нежная зеленая трава. Поэтому настроение у людей подходящее. Все улыбаются, ходят, на углу улицы продаются тюльпаны. Эх... Грустила по этому гулу моторов и шуму города. Жить в магическом мире, конечно, прекрасно. Там мой муж, друзья, королевство, но что родное, то родное. Даже затхлый машинный воздух вызвал у меня хорошее настроение, несмотря на все перипетии сегодняшнего дня. Конечно, Лирон не разделял моего настроения. Он, как чудак или пришелец, косился на рекламные щиты, светофоры, ребят на скутере. Шум и крики его пугали. Поэтому шла настолько быстро, насколько могла. И совсем скоро увидела родную многоэтажку, с родной лавочкой, на которой сидела все так же напыщенная Маргарита Ивановна.