Джесси отпустила дочь и с красными от злости щеками направилась на кухню, где Эндрю отодвинул ей стул и та села, поставив локти на стол, а руками закрыла лицо. Одри решила не заглядывать туда и лишь медленно отходила назад, но её сразу же схватили под локоть, да с такой силой, что девушка пискнула.
Эндрю успокаивал жену, говорил с ней, а та старалась не плакать, высказывая ему свои негодования.
Остин дёрнул девушку на себя и повёл на улицу, на что Одри закатила глаза, даже не обращая внимания на то, что парень не рассчитывал силы. Он закрыл дверь дома и повёл сестру в оранжерею. Толкнул внутрь, отпуская девушку, но та сразу же быстрыми шагами направилась вперёд, и вообще решила, что будет лучшей идеей бегать от него по маминому любимому месту.
- Ты вообще в своём уме?! – он сказал это громко, ведь Одри уже куда-то спряталась. – Ты хоть понимаешь, до чего довела мать?! – давно его таким злым не видела. - Я вижу, что ни стыда, ни совести у тебя нет, Одри.
- Боже, вы посмотрите! – крикнула с другого конца девушка, и парень пошёл туда, откуда донеся её голос. – Он играет роль старшего брата! Да тебе первому должно быть насрать на меня, - кричала девушка и схватила глиняный горшок, кидая его на пол. Разбился. – Или стой, - она схватила следующий горшок и подняла руку, так как желала замахнуться. Парень стоял недалеко. – Я позорю Эвансов, точно, - она кинула в его сторону горшок, но тот упал в нескольких сантиметрах от его ног. – Ты ведь только о статусе и переживаешь.
Она не понимала, почему так взъелась. Одри признавала свою вину в том, что заставила всех нервничать, но боже, этот парень…он ведь вечно играет роль «хорошего» брата. А Одри это не нужно. Её бесит его лицемерие. Раздражает, что он совсем не желает её видеть.
– Отвали от меня, Остин. Оставь лучше меня одну, иначе я разобью ещё один горшок, уже об твою голову.
- Ты не была в походе, - спокойно уже сказал парень. – Твои друзья уже тебя сдали.
Что?
- Я знаю, что ты дружишь с взрослой компанией. Это уличные танцоры, где собственно, бываешь и ты, - он сделал шаг вперёд. – А ты говорила про них, когда уходила. Я лишь запомнил то место, где тебя часто видят. Решил убедиться в твоём вранье. Так что, не поверишь, - он шёл в её сторону, пока Одри разворачивалась и уходила в другое место, не желая слышать его правду. – На моё «удивление» - он сделал акцент на пальцах, ставя это слово в кавычки. – Твои друзья не были в походе, и когда я подошёл к ним после их выступления, они сказали, что ты давно на связь не выходишь.
Одри сорвала одну розу и с силой от злости вырвала лепестки, кидая их на пол. Она слышала шаги сзади неё.
- Так что ответь, - он догнал её и схватил за плечо, разворачивая девушку лицом. – Где ты была? – с серьёзностью спросил тот.
- В Шабаше я была, доволен?! – не выдержала девушку и толкнула его от себя. Тот даже с места не сдвинулся от её силы и лишь вскинул бровь. Где, где она была? – Доброе утро! Я ведьма, если ты не забыл. Естественно я могу посещать это место.
- Зачем? – нахмурился тот.
- Зачем тебе мозг?
- Вопросом на вопрос не отвечают, - фыркнул тот и сунул руки в карманы джинс. – Отвечай нормально.
- Говори со мной нормально, Эванс, - шикнула на него девушка, тыкнув пальцем прямо в грудь. – Я не обязана перед тобой отчитываться, - ещё раз тыкнула. – Запомни, - она посмотрела ему в глаза. – Ты мне ни брат, ни мама, ни папа, да тем более ни парень, - со всей злостью произнесла Ким. – Ты мне никто.
Делай всё возможное, чтобы он отдалился, и старайся не чувствовать всю бурю, исходящую от сущности внутри. Она царапалась, выла и проклинала Одри за её больные слова. Джинкс не думала так о Остине, она лишь хотела быть с ним, но настоящее тело и разум думали лишь о другом. Одри хозяйка своей жизни и тела, поэтому Джинкс для неё лишь оружие для страны и защиты родных.
Парень с раздражением взглянул на неё.
- Значит, скажи правду матери, - он убрал её руку от своей груди и посмотрел на Одри, как на низшее существо. – Ты её довела и совсем о ней не думаешь.
- Моя мать для тебя всегда была пылью в глазах! – рявкнула на него Одри. – Да ты никогда её не замечал, как и меня! Хватит всей этой игры! Эндрю сейчас не рядом с нами, так что можешь не играть в семью! – она взмахнула руками и развернулась от него, направляясь в сторону её «брата». Васильки лишь успокоят.
- Я знаю, о чём говорю, - послышалось сзади. – Если не извинишься, можешь когда-нибудь пожалеть, - Одри остановилась и повернула голову, смотря назад. – Уж поверь, я знаю, о чём говорю.
Да, дело в его матери.
- Иди лучше разбирайся со своими проблемами, - фыркнула Одри, смотря ему в глаза, несмотря на такое расстояние между ними. – Твоя связь с ведьмой же такая проблема для страны, - она закатила глаза и отвернулась от него, уходя в место, где грёзы и печаль.