Тереза встала и начала медленно ходить по комнате. Потом посмотрела в окно, села и снова встала.
— Ты что-нибудь знаешь о планах Йокеса?
— Я там ни с кем не разговаривал, а планы не передвигаются сами по себе, так что их не посчитаешь. Домыслы — это уже твое дело, комендант. — Разведчик, как и любой кот, терпеть не мог строить догадки и даже не особо это умел. — Кое-что мне удалось подслушать. Я пересчитал солдат и оценил, сколько потребуется войск, чтобы их победить. Это и так больше, чем ты могла ожидать. Но я знаю кое-что еще, и это наверняка важно. Я думаю, что конница Сей Айе уже вскоре выйдет из пущи. Возле Нетена, торговой пристани на реке Лиде, по которой возят товары, подготовлен большой военный лагерь и склад амуниции. До него самое большее миля от тракта между Армектом и Роллайной, который пересекает юго-западный край пущи.
— Знаю.
— На месте собирают повозки. Их как-нибудь протащат через эту милю леса, и будет готов лагерь. Его защищают все арбалетчики Сей Айе и многочисленные отряды лесничих, никто туда случайно не забредет. Впрочем, Эневен уже довольно долго удерживает те окрестности.
Тереза покачала головой. Даже кот-разведчик, презиравший все, что пахло политикой, уже знал, что за Эневеном стоит княгиня Сей Айе. Об этом не знал только Кирлан. В столице делали вид, будто Буковой пущи не существует, будто дартанская гражданская война — внутреннее семейное дело двух враждующих ветвей Дома К. Б. И. Как будто княгиня К. Б. И. Эзена случайно носила точно такие же инициалы перед именем.
— Конец доклада. Остальное — когда придешь в себя. Лежи! — приказала Тереза. — Ты и так уже набегался. Часовой!
Солдат тотчас же появился в комнате.
— Помоги разведчику. Он сражается уже два месяца, пока мы тут сытно кушаем… В лазарет.
Легионер поднял кота с сундука.
— А ты перестала сытно кушать, тысячница. — Разведчик на руках у солдата не потерял чувства юмора.
— Комплимент или похвала? Убирайся.
Солдат унес разведчика. Комендант невольно улыбнулась — язвительное замечание нахального кота все же доставило ей удовольствие… Порывшись в хламе, она нашла кольчугу и белый мундир, застегнула пояс с мечом. Послышались шаги часового, вернувшегося на свой пост.
— Часовой!
Дверь скрипнула.
— Свежего коня, троих солдат в сопровождение.
— Так точно, госпожа.
— И к дежурному офицеру. Пусть пошлет гонцов к воеводе и бургомистру, бургомистр пусть соберет совет. Как только закроются городские ворота, я хочу, чтобы все они были в ратуше.
— Так точно, госпожа.
Вскоре в сопровождении троих конных легионеров она ехала в сторону здания Имперского трибунала.
Ваделар не видел Терезу почти два месяца. Когда было нужно, они общались через гонцов, а к личной встрече никто из них не стремился. Он удивился, заметив, насколько тысячница похудела и насколько моложе выглядит с коротким ежиком на голове, но никак не проявил своих чувств. Позиции военного коменданта Акалии, всегда очень сильные, еще больше укрепились со времени перевода гарнизона на военное положение. Это было равнозначно смене статуса округа с городского на военный — а в военных округах последнее слово всегда принадлежало комендантам легиона. Почти полгода Тереза попросту правила тройным пограничьем. Ей до сих пор приходилось считаться с трибуналом, воеводой и мнением городского совета, но лишь потому, что иногда она кое в чем нуждалась. Ваделару было очень интересно, о чем пойдет речь на этот раз. Раз уж она явилась собственной неприятной персоной… Это наверняка что-то значило.
— Ты принимаешь здесь гостей, наместник? — спросила она, оглядывая большой зал.
Больше полугода назад в той же комнате Ваделар принимал посланника.
— Да, гостей, — кивнул он. — Просителей и делегации — в канцелярии, вернее, в комнате рядом.
Она села, не спрашивая разрешения.