— Дай мне вина, ваше высокоблагородие, — попросила она. — Я с самого утра скачу как безумная. Я голодна, и в горле пересохло.
— Желаете что-нибудь поесть?
— Нет, на это нет времени.
Наместник не стал звать прислугу, а сам принес и наполнил две оловянные кружки — очень по-армектански.
— Чем я обязан этим визитом, ваше благородие? — официально, но не выказывая неприязни, спросил он.
Она некоторое время внимательно его рассматривала. Он явно мало спал или переутомился за работой: лицо посерело, под глазами заметны мешки. Борода, обычно очень коротко подстриженная, отросла. Он выглядел на сорок с лишним лет.
— О чем бы я ни попросила, я сразу же это получаю, — без долгих вступлений сказала Тереза. — Боюсь, что скоро я начну получать, даже не прося… Будешь гадать, чего мне хочется, ваше высокоблагородие? Я люблю теплое молоко на ночь.
— Снова что-то нехорошо? — скорее констатировал, чем спросил он.
— Да нет, все хорошо. Вот только оказание военному коменданту округа всей возможной помощи — все же не задача первого наместника трибунала. Ты должен несколько ограничивать мои потребности, господин. Если бы Кирлан хотел доверить военным абсолютную власть, он делал бы их королями.
Ваделар вздохнул.
— Ваше благородие, — сказал он, — я занят и устал. Если хочешь сделать мою жизнь еще хуже — вернись к себе и составь официальное письмо с жалобой, что я не ссорюсь с тобой из-за пустяков. До сих пор ты не потребовала ничего такого, что показалось бы мне неразумным. Самым важным вопросом, который я решил по твоему предложению, было получение от наместницы в Лонде согласия на право судить в Акалии громбелардских преступников. Она пошла на это с радостью.
— Но и ты тоже, ваше высокоблагородие, — заметила Тереза. — А работы это тебе прибавило — ого-го… На одного жителя пограничья приходится четверо осужденных тобой громбелардцев.
— Я считаю это справедливым, — отрезал он. — Лонд слишком далеко, чтобы отправлять туда каждого пойманного твоими солдатами негодяя. Ловить их и тут же отпускать тоже глупо. Я должен был с тобой не согласиться?
Она покачала головой и заговорила о другом:
— Более полугода назад в Буковую пущу отправился клин гвардейцев. Чем, собственно, закончилась эта история? Ты что-нибудь об этом знаешь, господин? Уже пару месяцев у меня полно работы с обучением сотен новых солдат, я почти забыла о том деле.
— А сегодня вспомнила, ваше благородие?
— Да, поскольку из пущи вернулся мой разведчик. Отдаюсь в твои руки, наместник. — Она вытянула скрещенные в запястьях руки, словно предлагая их связать. — Я посылаю своих разведчиков не только в Громбелард, на что у меня есть разрешение, но и в Дартан. Скоро начну шпионить за императором в Кирлане.
Он не стал доставать ни веревку из-за пазухи, ни дыбу из-под стола.
— Что с тем отрядом гвардейцев? — повторила она свой вопрос. — Можешь мне сказать, наместник?
С чувством злорадного удовлетворения, какое, наверное, испытывает прыгающий с моста самоубийца, — удовлетворения, что все же добился своего, — вопреки приказу Ваделар рассказал коменданту Акалии обо всем, что случилось в Добром Знаке. О полномочиях Агатры он не упомянул, поскольку о них не подозревал. Но подробности двух покушений и результаты следствия были ему хорошо знакомы. Естественно, он также знал, как долго пробыли в Сей Айе гвардейцы. Тереза слушала, хмуря брови. Она долила себе вина, хотела долить и наместнику, но тот накрыл кружку ладонью. Он все еще с дрожью вспоминал свое пробуждение три дня назад.
— Тот схваченный преступник, — спросила она, — известно, по чьему поручению он действовал?
— Официально неизвестно.
— А неофициально?
— Неофициально, комендант, трибунал в Сенелетте, наверное, что-то знает. Мне передали довольно обширный доклад по этому делу, но о личности того человека в нем не говорится ни слова. Никаких предположений.
— Что это может означать? Они знают, кто он, но не хотят об этом говорить?
— Может быть.
— А что дальше? О смерти того молодого магната я кое-что слышала, об этом много говорили в Дартане. Но о покушении на княгиню Сей Айе я узнаю только сейчас.
— Меньше чем через неделю после похорон сына его благородие К. Б. И. Эневен поехал в Буковую пущу. Он пробыл там довольно долго, а когда вернулся… сперва ничего не делал. Похоже, что он лишь посылал большое количество писем и принимал большое количество гостей. В Роллайне и вообще в Дартане Дома К. Б. И. действительно немало значат, даже не считая главной линии, закончившейся на князе Левине. Эневен судился со сводными братьями и после возвращения из Сей Айе сделал все, чтобы этот процесс проиграть. Он не признал решения суда, но вместо того чтобы подать апелляцию, развязал войну, совсем как много веков назад.