Ненавидя К. Б. И. Денетта, Халет искал его недостатки. Он нашел их сотню или тысячу. Шли годы, недостатков становилось все больше. Достоинств же не было вовсе — до того дня, когда восемнадцатилетний Денетт вырвался из рук своего стража-гвардейца и прыгнул в бурную реку, среди острых камней, чтобы вытащить из нее щенка со сломанной лапой. Песик вскоре сдох, через два или три дня, несмотря на всю проявленную заботу, и Денет похоронил его на лугу. Эта неуклюже-трогательная история открыла новый недостаток Денетта — легкомыслие, если не глупость. Но кроме того, она показала и кое-что еще: этот парень отважен и у него доброе сердце. Не только для собаки в реке, но и для людей. Избалованный, надменный, праздный, он тем не менее никому и никогда не причинил страданий. И даже — стыдливо и украдкой — пытался помочь… У Халета открылись глаза. Он увидел нечто, чего раньше не замечал.
Маленький тайник на дне души, ускользнувший от взгляда создателей человеческих машин, не мог вместить двух чувств. Халет выбросил ненависть прочь и полюбил Денетта.
Теперь он сидел в роскошно обставленной комнате прекрасного дома в Сей Айе, неподвижно, как он привык, и беспокоился. Он не знал, как помочь Денетту, не мог поговорить с ним как следует. Он мог лишь следить, чтобы никто не причинил ему вреда.
И боялся, что не уследит.
Возможно, его благородие Денетт и ощущал запахи, которых не могли ощутить другие. Зато Халет обладал звериным инстинктом — весьма желанной чертой у стража-убийцы. Инстинкт молчал, когда ночью на поляне Йокес вывел из зарослей своих лучников, но подавал голос сейчас, в тихой комнате роскошного дома на поляне, называемой Добрым Знаком.
11
В Дартане коты не были редкостью — даже в столице никого не удивлял вид четверолапого разумного. Но удивление Денетта, когда он увидел котов — лесных стражей Сей Айе, имело под собой основания: коты охотно брались за всякие одноразовые поручения, но на постоянную личную службу поступали редко. Совсем другое дело — в имперских легионах. Коты-разведчики и курьеры служили в армектанских и громбелардских войсках, а до недавнего времени — даже в знаменитой рахгарской кошачьей полусотне. Там, однако, служили гадбы, громбелардские коты-гиганты, вдвое крупнее и втрое тяжелее армектанских тирсов.
Полосато-бурый кот, который легкой трусцой пересек двор и прыжками взбежал по лестнице, был именно тирсом. Стражники у дверей, видимо, хорошо его знали, поскольку ни о чем не спрашивали; более того, они отдали ему честь, что явно доказывало — кот отнюдь не приблудный и имеет офицерское звание или занимает некую высокую должность в Сей Айе. Фыркнув в ответ, тирс исчез в глубине дома. Слуги в коридорах не обратили на него никакого внимания. Похоже было, что к четверолапому относятся лучше, чем к двуногим носителям разума; почти никто не мог без предупреждения появляться в покоях княгини, а кот направлялся именно туда. Возможно, в силу занимаемого поста он имел право посещать ее высочество в любое время, но скорее дело было лишь в том, что это был кот… Никто не обязан был прибегать к услугам этих необычных созданий, но если уж кто-то принял такое решение — ему приходилось считаться с кошачьим мировоззрением, включавшим в себя в том числе презрение к людским обычаям и выдуманным правилам. Даже в имперских легионах смирились с тем, что мохнатых разведчиков военная дисциплина никак не касается. Если бы коту преградили дорогу, он наверняка был бы готов обойти дом кругом и оказаться в покоях княгини вместе с осколками выбитого оконного стекла… Конечно, если считал бы дело не терпящим отлагательства.
Кто-то, однако, все же обратил внимание на кота. Шедший в другую сторону молодой невольник обернулся и что-то крикнул. Кот остановился, не поворачивая головы. К этому тоже не каждый мог привыкнуть… Для кота смотреть на говорящего человека было бессмысленной тратой целых двух чувств для одного дела. Можно ведь просто слушать, одновременно разглядывая что-то другое.
— Идешь к княгине, ваше благородие?
— Приходится, — ответил кот, на этот раз повернув голову; кошачий голос звучал не слишком отчетливо, и человек, если не стоял с ним нос к носу, порой не мог разобрать слов. — Я искал коменданта, но мне сказали, что он в военном лагере. Я искал первую Жемчужину и тоже не нашел. А у меня важное известие, и потому я иду к княгине.
— Ее высочество в замке, а Жемчужина вместе с ней, — сказал невольник.