Наступила тишина.
Если бы мысли имели вес, то мраморный стол, на который княгиня опиралась локтями, неизбежно треснул бы под тяжестью ее головы.
Молчание затягивалось.
— Может быть… — наконец сказала она и откашлялась. — Может быть, я слишком медленно думаю. Но в твоем присутствии, ваше благородие, наверное, каждый думает слишком медленно… Я поняла, что ты даешь мне выбор: все или ничего. Либо я буду читать эту ходячую книгу, одновременно вписывая в нее новые страницы, но тогда их прочитают все… либо я откажусь от чтения, ничего не узнав, но ничего не узнают и остальные.
Готах развел руками.
— Примерно так. Примерно, поскольку я не собираюсь ни о чем торговаться, ваше высочество. Без каких-либо условий я отвечу на все твои вопросы. Но каждый вопрос несет в себе какое-то содержание, хотя бы выдает область интересов. Если ты даже что-то допишешь в эту книгу… какое, однако, удачное сравнение… если даже ты запишешь в ней одни лишь свои вопросы и оставишь закладки в тех местах, где искала ответы… — Он снова развел руками. — Все найдут эти вопросы и закладки. Убрать их можно только одним способом — уничтожив книгу.
— И ты этого не боишься, ваше благородие? Правда, ты владеешь великой силой…
— Я владею силой мудрого человека с довольно жилистой фигурой, — прервал он ее. — Все остальное — сказки, и чем быстрее ты это поймешь, тем лучше. Разговоры… если до них дойдет… разговоры о тебе, ваше высочество, мы начнем с разговоров обо мне. Я обычный человек, необычно лишь то, чему я себя посвятил.
Она недоверчиво покачала головой.
— Обычный человек, который говорит мне, что знает о том, что случилось сегодня, хотя это тайна для всех…
— Я не знаю, что именно случилось. Я просто услышал нечто странное, только и всего.
— Услышал?.. Как это понимать?
— Именно так. Постоянно общаясь с Шернью, я обладаю крайне чувствительным слухом, ваше высочество. Конечно, это лишь упрощенный пример, но он отображает суть. Когда почти на расстоянии вытянутой руки происходит нечто, связанное с силами Шерни, мне иногда удается это почувствовать. Услышать, если тебе так больше нравится. Но это может почти каждый, кто упорно учится слушать. А некоторые обладают врожденными способностями и слышат кое-что даже без обучения, хотя и редко понимают, что именно слышат.
Она почувствовала усталость.
— Тем более. Не обладая никакой силой, как ты сумеешь защититься? Вернусь к своему вопросу: ты не боишься, ваше благородие, что, узнав обо всем, я захочу заткнуть тебе рот навсегда?
— Ваше высочество, у тебя есть основания полагать, что эти сведения окажутся настолько важны?
— Не знаю. Ни в коей мере не знаю. Ответь на мой вопрос, ваше благородие.
— Не боюсь ли я, что ты прикажешь меня утопить? Конец ничем не хуже любого другого. Разве что несколько преждевременный, — ответил он.
— Ты не боишься смерти?