-Тони,-заговорила Лив, не отрываясь от окна.
-Да?-улыбнулся тот.
-Я правда такая ужасная?
-Лив, ты в порядке?-посмеялся он.
-Да. Просто, порой, мне кажется, что я самый ужасный человек на свете.
-Это глупости. И ты прекрасно это знаешь.
-Ты правда считаешь меня хорошим другом?
На лице Тони проскользнула легкая ухмылка. Прорывающийся сквозь открытые окна ветер взъерошил его темные густые волосы, свет луны отражался в его светлых и таких обворожительных глазах, тонкие губы выражали искренне недовольство от слов подруги.
-Джонс, твою мать, ты прекрасна,-промолвил он и громко засмеялся.
Оливия смутилась. Она считала Тони хорошим человеком, несмотря на все его замашки и капризы. Сын мэра не может быть без «подвоха». Но он ей нравился. И ей пришлось признать тот факт, что он не просто друг, а нечто большее. И какая ироничная ситуация сложилась, Оливия влюблена в Тони, Тони в Кайлит, а Кайлит записалась в девушки древнегреческого Бога.
-Ты все еще любишь ее?-спросила Лив.
-Знаешь, я очень много думал об этом. И кто бы что ни говорил, бред или нет, но я ведь не дурак. Он ей нравится, а возможно даже больше, чем нравится. Я не буду держать ее, не хочу всего этого. Я отвык от нее. А это, первый признак того, что мои чувства угасли.
-Я даже не знаю, порадоваться за тебя или наоборот.
-Думаю, что радость здесь уместнее,-улыбался Тони,-не хочешь после этой великой авантюры заехать в кафе?
-Ночью? В кафе?-удивилась Оливия.
-Я знаю одно местечко,-подмигнул он,-наши друзья в лапах самой смерти, нам остается только ждать. Думаю, кафе подойдет.
-Хорошо. Реджи, ты с нами?
-А?-отозвался Реджи.
-Ты с нами в кафе?-переспросил Тони.
-Извините, отец сегодня вернулся на ночь домой и если под утро меня не окажется дома, то, боюсь, наказание не заставит себя ждать. Думаю, Джессика и Лесси тоже захотят отдохнуть дома от таких приключений. Тем более, я надеюсь Кайлит и Итан вернуться раньше, чем встанет солнце.
-Значит, выпьем кофе вдвоем,- растянулся в лучезарной улыбке Тони.
В доме Гермеса свет не горел, машины не стояли и, калитка была заперта.
Оливия чувствовала что-то неладное, ведь отсутствие света ночью нормальное явление. Хотя, с другой стороны, вряд ли Гермес отошел от Лити, пока она в Преисподне.
В доме было пусто - ни единой души. Оливия решила осмотреть спальню. Там стояла большая кровать, стол и небольшой шкаф, на стене висела плазма и было много растительности. Она осмотрела выдвижные полочки в столе. Из содержимого там были наручные часы в коробочке, чистый блокнот и ручка с гравировкой. Лив присела на край кровати и стала вертеть ее в руках. На ручке с золотистым напылением была какая-то надпись на латыни и цифра три. Это вызывало огромное любопытство. Она встала с кровати и медленно направилась к гостевой комнате, не включая свет. Под светом фонарика отбрасывались жуткие тени.
-А тебе мама и папа не говорили, что лазить по чужим вещам плохо?- прошептал голос за спиной.
Оливия визгнула от испуга и обернулась, стараясь не уронить ручку.
Ра щелкнул пальцами и зажегся свет.
Он стоял с тоненькой рубашке и черных джинсах, его кудряшки были уложены на бок, а искристые глаза светились азартом и весельем.
-Я все объясню,-промямлила Лив.
-Естественно, только не мне, а Гермесу.
-Что ты хочешь за молчание?
-Во-первых, хочу знать, что вы здесь забыли?
-Мы искали ответы на вопросы. Гестия твердила про какую-то Королеву, про ее дочь. Гермес нам ничего не сказал. И мы хотим знать, чего нам ждать. Потому что, очень тяжело вериться в то, что хранители пали только из-за страха Зевса.
Ра слегка улыбнулся, но его глаза наполнились жалостью и частичкой доброты.
-Так, ты будешь молчать?-с надеждой спросила Лив.
-Все зависит от тебя.
-Что еще?
-Поцелуй меня.
-А замуж за тебя не выйти?-злилась она.
-Рано, мы слишком мало знакомы.
Оливия задумалась на пару минут.
-Ты точно никому не скажешь?
-Даю слово.
Лив сделала пару шагов вперед и подошла слишком близко к Ра. Она сунула ручку в карман и взглянула в его глаза. Там не было той безалаберности, ребячества и самолюбия. Она увидела там лишь страх, который появился на доли секунды...Страх подвести, предать, боязнь не уберечь того, кто дорог. Он появился на доли секунды, но был таким пронзительным и сильным, что прожигал болью все вокруг.
Оливия коснулась носом его шеи.
-Ты не один,-прошептала она и коснулась его губ.
Они были сухие, словно он провел пару часов на морозе, но мягкие. Этот продолжительный поцелуй, наверное, что-то значил для них, но уж точно не хотелось об этом думать.