— О, она провела колоссальную работу над собой! И знаешь, с чего она начала эту работу? — В голосе Юрия слышатся насмешка и, кажется, восхищение. — Она наняла учителя языка!
— Какого?
— Родного! Кто-то там еще занимался с ней дикцией, манерами… Она сама себя сделала!
Тут в дверь постучали, и вошла улыбающаяся «французская» горничная — коротенькая юбочка, фартучек, кружевная наколка в волосах. Впереди себя она катила стеклянный столик на колесиках. Ловко расставив чашки, опустила в них пакетики с чаем, положила в вазочку печенье и сказала: «Пожалуйте к столу!»
— Какое обслуживание! — воскликнула Екатерина.
— За все платит страховая компания. Можешь не сомневаться, у Вероники самая дорогая страховка! И самая надежная!
— Я вижу. Ну а ты-то как?
— Уже лучше. Знаешь, сначала даже испугался, боялся за локтевой сустав. Но массаж — это великое дело! Играть, правда, не смогу, думаю, около месяца, но это и не плохо! Мечтаю отдохнуть, поваляться, почитать. Знаешь, я, наверное, в Европу махну! Где потеплее, куда-нибудь на Средиземноморье. Давно хотел побывать на Мальте! Приобщиться рыцарского духа.
— Тоже по страховке? — Против желания, в голосе Екатерины прозвучала неприятная нота.
— Завидуешь? — оживился Юрий Алексеевич.
— Завидую, — призналась Екатерина.
— Вот когда тебя чуть не убьют, тогда и поймешь, что жить нужно немедленно, не откладывая на завтра. Я на Мальту давно уже собирался, и история Мальтийского ордена меня давно интересует. Но, знаешь, инерция… неподъемность… все думал, успею. А теперь решил — все! Еду!
Так, болтая ни о чем, они провели еще около часа, съели все печенье и выпили по две чашки чаю. «Удивительно, — сказал Юрий Алексеевич, — такая большая коробка, а печенья совсем мало!»
Уже прощаясь, Екатерина вспомнила, о чем хотела поговорить с Юрием.
— Ты, случайно, не знаешь Володю Галкина? — спросила она, поправляя его красивую шелковую косынку.
— Ты с ним знакома? — не скрыл своего удивления Юрий. — Откуда?
— Так, случайно получилось. Что он за человек? Давно пьет?
— Сколько вопросов сразу! Какой интерес к маленькому, ничтожному Галкину! Давно ли он пьет? — В голосе Юрия звучала издевка, он стал неприятным и тонким. («Пищит, как Буратино», — подумала Екатерина.) — Я думаю, он давно уже не пьет! Перешел на более сильные возбудители. Твой Володя Галкин законченный наркоман! Он еще жив?
Прощание получилось довольно прохладным. Несмотря на тысячу раз данное себе слово не воспринимать Юрия Алексеевича всерьез, она тем не менее слишком близко к сердцу приняла сказанное о Володе Галкине. Юрий же, в свою очередь, надулся, так как не любил разговоров о знакомых Екатерины, даже таких, как Галкин. Как все эгоисты, он требовал безоговорочного внимания исключительно к своей особе, и даже мнимая тень соперника надолго портила ему настроение.
«А о своих чувствах он даже не вспомнил. И теперь непонятно — невеста я или нет!» — подумала Екатерина уже на лестнице.
Глава 11
СВЯЩЕННЫЕ ЧУДОВИЩА
Екатерина и Галка встретились в одиннадцать у кинотеатра «Планета», откуда решили начать свой поход по театрам («Гастроль», — выразилась Галка) в поисках Принцессы Дианы. Кинотеатр был выбран для старта ввиду его близости сразу к трем театрам — ТЮЗу, Театру-студии молодого актера и Русской драме.
— Мы ее выловим! — оптимистично заявила Галка. — У нас всего пять театров. Правда, она может быть из самодеятельности…
— Ну какая сейчас самодеятельность!
— Не скажи! Знаешь, сколько открылось всяких частных студий! Чувствуешь в себе актерский зуд — иди, оторвись за деньги в частной лавочке. А кроме того, она, может, стриптизит где-нибудь в баре… тоже актриса, оригинального жанра. Тогда мы ее точно не разыщем. Хотя всегда можно что-нибудь придумать. Не рохай, Катюха, пробьемся!
И они радостно отправились в путь, испытывая комфорт в обществе друг друга, снова чувствуя себя детьми, играющими в свои игры, пока взрослые на работе.
— А помнишь, — произнесла Галка магические слови, с которых обычно начиналось их путешествие в прошлое, — а помнишь Стаса из десятой?
— Беленький такой, задохлик, в очках?
— «Задохлик»! Миллионер! Банкир! Жена с ребенком в Ницце живут. Я хочу к нему Павлушу пристроить.
— Он же учится еще, и ты говорила, подрабатывает где-то.
— Это несерьезно. А вот у Стаса — это то, что надо! Пока, может, пару дней в неделю, а потом, когда закончит, и насовсем!
— А ты с ним говорила уже?
— Со Стасом? Нет еще. Успею, мне он не откажет. Лишь бы продержался, не заказали бы… Сейчас знаешь, как трудно с работой? Берут только своих. Связи, как никогда, нужны. А то — за границу бы уехать… Но не с нашим счастьем… — Она вздохнула.