— Помощь нужна?
— Думаю, справлюсь. Отпустите меня домой, побыстрее, возле молодой жены быстрее выздоровею.
Аммар с улыбкой покачал пальцем, а Эррандо состроил гримасу, дескать, как разговариваешь с государем? А мне-то что? Я правду сказал. Соскучился по Тире, разве это запрещено?
— Сколько людей потеряли?
— Один погиб, один тяжело ранен, четверо лёгкие.
— Один? — не поверил король. — И всего пятеро раненых?
— Так у меня и отряд был маленький, всего десять человек.
— Тем не менее… тем не менее, — Аммар потёр подбородок. — Это невероятно. Залезть в дом герцога, выкрасть его из-под носа охраны и умудриться не попасться в лапы Эрмандады! Не хотите строить свою карьеру при дворе? Я найду применение вашим умениям.
— Пока не готов даже думать об этом! — я вытянулся. — Прошу простить, мой король!
— Да ладно, понимаю, — добродушно отмахнулся Аммар. — Но всё равно подумайте. Я редко второй раз предлагаю такие условия.
В этот момент в импровизированный кабинет влетел низенький, усатый и благоухающий мужчина в мундире гвардейца.
— Вызывали, Ваше величество? — выдохнул он.
— Рикарт! Берите роту солдат и отправляйтесь вместе с эрлом Толессо в порт! — сразу перестав улыбаться, приказал король. — Доставите сюда герцога Тенгроуза. Лично отвечаете за его безопасность!
— Слушаюсь, Ваше величество! — по-молодецки рявкнул офицер и взглянул на меня. — Идёмте, эрл! Не будем терять времени!
Магический фонарь уютно освещал каюту и стол, за которым устроились я и старик Эррандо. Бутылка «Идумейского», нарезанный сыр, виноград, персики, абрикосы (благодаря Пегому у экипажа теперь разнообразный рацион) хорошо шли под неторопливый разговор.
— Король умеет играть сложные партии, — положив в рот виноградину, Эррандо раздавил её, пошевелил во рту и проглотил. — Всё, что ты рассказал, ему было известно давно. Он послал тебя в Фарис не просто похитить Тенгроуза, а расшевелить гадючье гнездо сепаратизма. Просто до того момента он сомневался, что сможет ударить в самый дых противника. А появился ты с письмом герцога и его ультиматумом, решение созрело тотчас же. Ты меня прости, Игнат, за молчание. Не мог я рассказать тебе всего, иначе бы твоя вольная душа могла взбрыкнуть.
— Сыграли втёмную? — усмехнулся я, потягивая вино. — Думаешь, буду оскорблён недоверием? Король — он на то и король, чтобы двигать фигуры как ему вздумается.
— Молодец, что понимаешь, — кивнул старик. — А Тенгроуза ты лихо спеленал. Аммар теперь всем рассказывает, как надо уничтожать врага. Можно оружием, а можно — острой булавкой, но прямо в сердце. Ты этим уколом вскрыл нарыв. Ведь там давно готовился крупный мятеж, а найденный филактерий только усугубил ситуацию. Чтобы не допустить распространения слухов, было принято решение запустить в стан врага тёмную лошадку.
«Жаль, — подумал я. — Знал бы, поизящнее разыграл партию. Чтобы там всё горело».
— Но филактерий остался в руках южан, — напомнил я.
— Почему? — улыбнулся Эррандо. — Он у короля.
— Не понял, — у меня было такое лицо, что старик заколыхался от смеха. — Это как такое может быть?
— За два дня до твоего появления в Грёзы прибыл барон Шаттим. Ты знаешь такого?
— Наслышан, — я был потрясён. Какого чёрта? Что вообще в Фарисе произошло?
— Барон примчался на коне вместе со своим кузеном Хаскальфом и тремя сопровождающими, — старик смочил горло. — Видимо, их изрядно потрепали, все раненые, грязные. Требовали, чтобы их пропустили к королю, орали про ценный артефакт. Хорошо, охрана их не перебила на месте, хватило ума разобраться. Барон всё рассказал. Юг уже готов был восстать, перебить все лояльные королю гарнизоны, но тут случилась пропажа герцога, началась паника, поиски. Но Тенгроуз как сквозь землю провалился. Как вам удалось его так долго скрывать?
— Завёл знакомство с очень интересными людьми, они и помогли спрятаться, — подмигнул я. — Несколько дней сидели тихо как мыши, а потом выскочили из города.
— Талант, — покачал головой Эррандо. — Король очень хочет, чтобы ты поступил к нему на службу. Что я о тебе не знаю, Игнат?
— Много чего, отец, — я приподнял чарку, предлагая выпить. — Но пусть мои глубокие тайны так и останутся при мне.
— Главное, чтобы они Тиры не коснулись, — проворчал тот.
— Не коснутся. Это всё уже умерло. Так что барон? Он в самом деле привёз с собой филактерий?
— Да. И отдал его со словами верности короне. Именно Шаттим предупредил о готовящемся мятеже.
— Хм, и больше ничего не сказал?
— А должен был?
— Ну, например, что он является потомком Норанов, — я ухмыльнулся, увидев такое же растерянное выражение на лице Эррандо, как и ранее у меня. — Мне об этом по секрету сказал герцог. Артефакт среагировал на их кровь одинаково. Может, он испорченный, и уже не действует так, как должен?