— Что это? — Глазки Ани предвкушающе заблестели.
Дальше начались девчачьи разговоры, но в отличии от привычных Земных, говорили степенно, подбирая слова. А самое неприятное, пытались втянуть в беседу Дена. Но Ден был стоек, как статуя Будды.
Размышлял, почему же ему ничего не приписали, за «зверства» на чужой территории. Ладно Плоский, сам напросился, перешел «границы», пусть он и хрен с горы, но Ден иностранец и под защитой царства. Но «протокольная рожа», явно по Денову «беспределу» получил. Ну почти. «Раз ко мне без уважения, с какой радости я должен навытяжку стоять, — оправдывал себя Ден, — У них какой-то пунктик на счет табуреток. Вроде градации по «цвету штанов», да и вообще гостям положено самое лучшее». Ден все равно был в сильном сомнении, что поступил правильно. На Земле он не стал бы махать кулаками не только в такой ситуации, он раз не ответил на удар в грудь от пьяного ушлепка. Ден был в большом супермаркете около дома, и в проходе между полками, на него налетел нетвердо стоящий на ногах быдлячего вида мужик. Наорал на Дена, ударил его в грудь открытой ладонью, и пошел по своим делам. Ден не долго вспоминал ту историю, ну во первых, подумаешь, Ден же не пострадал. Почти. Во вторых, этого никто не видел, а значит, и не было, и Ден успокаивал себя тем, что если бы он раздул конфликт, неизвестно во что бы он вылился. Могли быть травмы, разгромленный магазин, за который бы пришлось платить, ночь в участке, проблемы на работе. Ден головой считал, поступил он правильно и все сделал верно. Но вот седалище считало иначе. Оно, седалище, очень обиделась тогда на Дена. Перестало уважать, объявило его — чушпаном, и ушло в игнор. Ден тогда лишился важной части себя.
Похоже, постоянное психическое напряжение от ситуации, в которой оказался Ден, разрушило все установки «правильной жизни» заложенной с детства, и сейчас эти «установки» просто орали: — «вернись в стойло баран, слушай нас, мы сделаем твою жизнь счастливой». «Разве? Вы лишили меня седалища. Это сделало меня несчастным? Это была любимая часть моего организма. Разве можно быть счастливым без любимой? Части?» — вступил в спор с «правилами» Ден. «Мы дадим тебе другую любимую, взамен мешающей тебе жить, мы лучше знаем, что тебе необходимо», — не сдавались Правила. «Например Ольгу»? — ерничал Ден. «Чем тебя не устраивала, отличная во всех отношениях девушка, нужно было делать, как она говорит и слушаться во всем. А без качественного секса можно пережить. Все так живут», — Правила предъявили аргумент, против которого не попрешь. Даже на танке. «А Эд»? — послал в цель ПТУР Ден. «Он плохо кончит, как его отец, который сдох» — ласково приголубили гусеницами Правила. «Бати с Дедом об этом расскажите убогие» — положил на могилку цветы Ден. «Мы еще вернемся, от нас просто не избавиться» — оставили за собой последние слово Правила. «Похрен, со мной мое седалище, а оно мне дороже всех вас, терпилы», — хохотал демоническим смехом Ден.
— Эд, ты слышишь? К нам вечером придет Аннета. На массаж, — лютейшая подстава от ведьмы, вернула Дена за стол.
Ден услышал, посмотрел на Злату, потом на Аню. Обе сделали просящий взгляд, но в глазах Златы, увидел просьбу. Не каприз. Ден не понимал, зачем Злате нужна эта замороженная девчонка. Но просто так, он не даст сесть на шею:
— Это будет «твой» массаж, — с угрозой в голосе предупредил Ден.
Злата приняла подачу, и вступила в игру. Сделала из своего лица «грустный смайлик», и смиренно кивнула. Мол, иду на крайние для себя жертвы, цени «подруга». Подруга заценила, немного дрогнули уголки губ и заблестели глаза, а плечи расслабились. Злата держала интригу, и не рассказывала о процессе, только расхваливала результат. В общем, вечер обещал быть томным.
— Эд, как думаешь, а где все, мать его, охотники? Или все отменили, а нас не предупредили, — Ден не понимал, почему этот движняк, назвали охотой.
— Не только на Земле, под «правильным» названием, часто подразумевают совсем другое действие. Но не переживай, охота будет, — успокоил Эд.
— Эд?
— Что?
— Мне нравится моя кукуха, — признался Ден.
Глава 11
«Охота пуще неволи», чтобы это не означало, Ден не понимал этой фразы. Так же как им подобные высказывания: «я не могу остановиться, это сильнее меня», или: «то, что меня не убивает, делает сильнее». Бред же. Даже не нужны рассуждения на эту тему. Ден не понимал охоту. Любую. Пафосную, как в кино. С претензией на пафос, на какой он присутствует сегодня. Или просто хождение с ружьем по местности, как проходит большинство «охот» у любителей. В топку такие охоты. Ден охотился много. Правда в основном на людей, и удовольствие от такой охоты не получал совершенно. И не ожидал получить от этой. Он уже решил никуда не ездить, но проходящий «случайно» мимо компаньон Старика, бросил: