Объявили ужин, все же не просто сидели и ждали, стали шевелиться, немного думать и действовать. Потянулись к устроенной в углу кухне, получать сухпай, сделанный поваром, прибывшем вместе с принцем. Холодные нарезки, из всего, что было под рукой.
— В тюрьме ужин раздают, — что-то Эд сегодня весел, проникся идеей про ежика?
Ден, мог есть сам, но Ане понравилась роль сестры милосердия. Ден заподозрил, девушку в меркантильности, его явно обхаживали, для большей результативности в бою, и увеличению шанса остаться целой, такой красавицы, как Аннет. Нику от принца оттеснили, он вел переговоры, с теми, кто сидел в блокгаузе без боеприпасов. Так что пришлось взять шефство над ребенком.
— Злата по размерам поменьше будет, — взвесил на глазок девушку Эд.
«Ребенок» уплетала провизию так, будто она пару дней на диете из одной воды, и неожиданно дорвалась до холодильника.
— Просто ведьма в рост пошла, на остальное материала не хватило, — заступился за подругу Ден.
— Скажи, что большая часть материала, ушла в мозг, — продолжил иронизировать Эд.
— Не скажу. С нами же связалась, — указал на явный недостаток Ден.
Придя к консенсусу, что ведьма тупит, общаясь с ними, и вообще не понятно, что она в них нашла, опять же совместно, было решено поспать.
— Солдат спит, служба идет, — предложил идею Ден.
Вот старался, как мог откосить от службы на Земле, даже университет окончил. Но не судьба. Было ему на роду, дедом офицером написано — служить. Увернулся там, получил полной мерой здесь. Но при всем звиздеце творящимся с ним, есть в теперешнем образе жизни для Дена нечто необходимое. То, что подгоняет его двигаться, вставать по утрам, и с удовольствием ждать следующий день. То, что не заставляет кипеть кровь. Не сидеть вечерами по максимуму оттягивая наступление утра, потому, что утро, это боль. Это нудный офис, или еще более нудный склад или магазин. И так ненавидимое Деном воскресенье, потому, что следующий день — понедельник.
— Сейчас тебе хватает температуры? — хмыкнул Эд.
— Знаешь, я не жалею что попал сюда, — подразумевая не только Крепость, но и мир в целом, — Без обид Эд, я понимаю, что мое место не здесь, но это не мой выбор, была бы возможность, я сразу бы ушел.
— А как же ведьма? — ударил по больному Эд.
Аня, во сне обняла Дена и забросила на него ногу, придавив бедром пах. Ден горестно вздохнул и передал руль Эду. Самому ему сейчас не заснуть.
Ночь прошла на удивление спокойно, только когда уже начал сереть рассвет, в дверь постучали. Да так от души. Да с рыком и поскуливанием.
— Замерзли они там, что ли? — поинтересовался у начавшей паниковать Ники, которая пригрелась с другого бока, — Тебя кто сюда пустил?
— Там страшно, а тут ты, — и посмотрев на севшую как по тревоге Аню, добавила, — И Аннет.
— Ага, мои папа и мама, — ерничал Эд.
Ден поднялся, с суровым видом пошел в сортир, следом побежала Ника. Ден показал пальцем на хмурую маму Аню. Доча покорно поплелась в указанную точку.
— А послушная у нас дочка, — с интонацией заботливого папаши, прокомментировал Эд.
— Тренируйся тебе скоро своего воспитывать, — обломал надежду на светлое будущее Ден.
— Зачем, у меня есть ты, — хмыкнул, как всегда правый Эд.
Ден печально вздохнул, похоже, с кипячением крови он перестарался.
Стрелки были наготове, но Ден сказал не стрелять. Привратники натянули заранее привязанные веревки и открыли двери. На пороге возникла давка, из-за несоблюдения очереди, самые голодные как всегда лезли первыми.
— Не стрелять, — Петр, сделал шаг, как мушкетер, выбросил вперед меч, щелчок, и гиена лишившись половины морды, уже мешает под ногами следующей за ней товарке. Ден на этот раз стоял справа, и спокойно ждал, ударил четыре раза, три трупа, одного пришлось добить дополнительным ударом. Остальные гиены крутили головами, и заходить не спешили. Молниями в комнату рванули крысы.
— Закрывай, — отдал команду Петр.
Крыс перебили быстро. Гиены, не ожидавшие такого расклада, растерялись. Сидели на улице ждали подкрепления. И все повторялось по кругу. В углу накопилась уже немаленькая куча трупов «домашних питомцев». Внутри пахло как на скотобойне. Обед по этой причине пропустили, а если учесть, что позавтракать не успели, то к вечеру все устали. Бойцы от работы, гражданские от напряжения. Аня по-прежнему стояла с арбалетом за спиной Дена, страховала на случай прорыва. Ден на полу нацарапал линии, а для Ани прибили палки стоймя, ограничивающие сектор стрельбы. Чтобы соседа случайно не пристрелила.