– Вернон! – позвала она. – Ты нам нужен.
После второй дозы стимулятора наёмник открыл глаза. Без маски он оказался совсем мальчишкой: ему не было и двадцати. Светловолосый, симпатичный…
…И чуть не убивший Алису и её ребёнка.
– Светлые рано или поздно прибудут, – сообщил ему мокрый насквозь Вернон вместо приветствия. – Настоящие Светлые. И мне, возможно, придётся тебя им отдать.
Глаза молодого Светлого в ужасе расширились.
– Я ничего не знаю, – выдавил он. – Мирон… всю операцию готовил он. Заказ от корпоративной шишки – вот и всё, что я знаю. Дерек должен был быть подстраховкой на случай, если нас прервут… действовать скрытно…
– Дерек, – тихо сказала Таисса. – Тот, кто похитил Тьена.
Вернон не обратил на неё ни малейшего внимания. Его взгляд был устремлён на наёмника.
– Кто вас нанял?
– Не знаю.
– Но вы о нём говорили. Вы как-то называли его между собой. Как?
Наёмник отвёл взгляд.
– Коллекционер, – хрипло сказал он. – Мирон называл его так.
– Зачем ему Тьен?
– Он… – Светлый наёмник сглотнул. – В общем, Мирон хвастался, что у Коллекционера есть подземный ледяной дворец, а там – криокамеры. Лица подо льдом. И он хочет получить этого младенца в свою коллекцию. Сказал, что он особенный.
– А Таисса? Зачем она ему?
– Не знаю. – Наёмник криво усмехнулся. – У шишек бывают разные вкусы. Мирон знал. Он вызвал её сюда. Я… не знаю ничего.
Губы Вернона сжались.
– Есть что-то ещё, что ты можешь мне сказать? От этого будет зависеть, отправишься ли ты к Светлым или нет.
Лицо Светлого было искажено страхом.
– Я… я многое могу рассказать!
Нейросканер на руке Омеги пискнул. Если этот парень что-то и знал, то совсем немногое.
– Взрыв в «Плазе», – быстро сказала Таисса. – На церемонии, где погибли главы корпораций? Ты имеешь к этому хоть какое-то отношение?
Молодой наёмник тупо смотрел на ней:
– Взрыв? Нет. А когда это было?
Вернон вздохнул:
– Ясно.
Он прикрыл глаза, сосредотачиваясь. Секундой позже наёмник тоненько заскулил, и из его носа побежала струйка крови.
– Осторожнее с внушением, – холодно произнесла Омега. – Ты мозг ему сожжёшь.
– А ты ему сочувствуешь? – огрызнулся Вернон, открывая глаза и оборачиваясь к ней.
– Нет, – спокойно сказала Омега. – Но я знаю, что ты не убийца.
Глаза Вернона сузились.
– Я – и не убийца? Интересно, откуда бы тебе знать такие факты?
Они замерли, глядя друг на друга.
Голова наёмника вдруг дёрнулись. Глаза были широко раскрыты: внушение Вернона подействовало.
– Нет, – прошептал он. – Не знаю… больше ничего не знаю. Клянусь. Не надо, пожалуйста, ради всего святого, только не Светлые… только не Александр…
Он судорожно сглотнул.
– Он что-то принял, – тревожно сказала Таисса. – Вернон!
Вернон выругался. В следующее мгновение наёмник захрипел.
Несколько секунд спустя он обмяк. Какой бы яд он ни принял, тот подействовал быстро.
– Как они все, оказывается, боятся твоего деда, – мрачно сказал Вернон. – Впрочем, это-то как раз неудивительно.
– Он всё равно уже рассказал всё, что знал, – спокойно произнесла Омега, поднимаясь. На её лице не было ни единой эмоции. – Коллекционер? Интересно. Этого прозвища я ещё не слышала.
– И не услышишь, скорее всего, – мрачно произнёс Вернон. – Всего лишь позывной для пешек. Крупные игроки так не подставляются.
– Берн Тьелль говорил, один из его коллег занимается коллекционированием своих врагов в криокамерах, – произнесла Таисса. – Но он вряд ли скажет кто.
Омега нахмурилась:
– Скажет, если на него надавить. Но после взрыва в «Плазе» Тьелля не достать даже с помощью Совета. К тому же, будем откровенны, подобными вещами баловался много кто из Тёмных. И кто угодно мог эту привычку перенять.
Она повернулась к Вернону.