Как оказалось, вести себя при дворе моя мама умела лучше, чем тетя Пёрл, которую я пригласил на бал в следующем году. Она разоделась в пух и прах, а когда королева стала знакомиться с родственниками, моя тетя стояла, выпучив глаза от страха, и не могла пошевелиться. Вот очередь дошла до нас. Королева, как всегда прекрасно осведомленная, заметила:
— Говорят, в последнее время в Дербишире плохая погода.
Тетя Пёрл на секунду замерла с открытым ртом, потом сказала первое, что пришло ей в голову, причем со страшным акцентом:
— Просто жуть, Ваше Величество, просто жуть! — и сделала преувеличенно низкий реверанс.
Потом, когда королева уже отошла, тетя поняла, что не смогла «прилично» поговорить с королевой. Я рассмеялся, и утешил ее, сказав, что королева любит разные акценты и говоры.
Но не только родственники и другие люди со стороны робели перед королевой. Даже те, кто работал в Букингемском дворце, нервничали, когда раз в году, на Рождество, разговаривали с королевой. В те годы на Рождество двор перемещался в Виндзорский замок, а за день до этого устраивался особый прием, на котором королева общалась со своими слугами, которых во дворце около трехсот. Два часа она проводит на ногах, лично разговаривая с каждым из прислуги, от самых младших до самых старших, и желает всем счастливого Рождества. Она всегда говорит «счастливого Рождества», а не «веселого», чтобы не было намека на пьянство.
Впрочем, немного спиртного многим в такой день не помешало бы. Официантки в столовых для слуг, прачки, младшие лакеи и носильщики умирают от страха при одной мысли о том, что им предстоит встреча с королевой, потому что в их каждодневной работе им не приходится сталкиваться с членами королевской семьи.
Королева никогда не нарушала эту традицию. Она считала необходимым сказать спасибо тем, кто облегчал ее жизнь. Как-то раз, когда ее спросили, сколько у нее слуг, она ответила: «Ни одного. У меня нет слуг, есть обслуживающий персонал».
Во дворце даже встреча слуг с королевой была тщательно спланирована. Слуги оставляли свои дела и выстраивались в очередь, тянувшуюся от черной лестницы в Мраморный зал на первом этаже, через столовую в Зал 1844 года и к дверям в Поклонный зал. Выстраивались все по старшинству. Тут были лакеи в алых ливреях, пажи в темно-синих фраках с бархатными лацканами, повара в белоснежных костюмах и колпаках, горничные в черных платьях и белых фартуках. Из четырнадцати лакеев первым шел Пол Уайтбрю, вторым — я. Нам было забавно, что мы должны стоять в очереди и ждать, когда нас представят королеве, которую мы видим каждый день, а после официального приема мы поднимемся в ее комнаты и будем собирать ее вещи для переезда в Виндзорский замок. Мы к королеве давно привыкли, но многие боялись предстать перед ней, как люди боятся выходить на сцену.
Королева и герцог Эдинбургский стояли в одном конце зала, а в другом, у дверей, ожидали слуги. Дворцовый распорядитель вызывал их по именам. Все это напоминало порядок награждения медалями, только роль медалей выполняли небольшие подарки, которые слуги выбирали себе заранее по каталогу. Посудомойки по такому случаю снимали привычные резиновые перчатки и надевали тонкие нитяные: все женщины, когда их представляют королеве, должны быть в перчатках. Примечательно, что сама королева, на официальных мероприятиях всегда носившая перчатки, встречала своих слуг без них.
Королевское Рождество всегда было волшебным, хоть и трудным для слуг временем. Праздничный дух приносили в Виндзорский замок дети поместья, собиравшиеся, включая хористов часовни Святого Георга, и поднимавшиеся по холму к замку, неся в руках зажженные фонарики на палочках. У замка они выстраивались и пели рождественские гимны. Королева стояла на покрытых ковром ступеньках монаршего выхода из замка, пила глинтвейн и наслаждалась атмосферой праздника. Ее могло утешать одно то, что ей не надо было самой упаковывать подарки — это была обязанность ее лакеев.
Было приятно хотя бы так участвовать в раздаче подарков. Казалось, что ты разделяешь радость королевских детей и других членов королевской семьи, которым эти подарки предназначены. Королева выбирала подарки в начале декабря, когда Питер Найт — владелец крупного магазина — приносил свои товары во дворец. В зале для аудиенций устанавливался длинный прилавок, на котором раскладывались игрушки, фарфор, сувениры, посуда, разные предметы для дома. Каждый вечер после ужина Ее Величество отправлялась за покупками. Она выбирала понравившуюся вещь, приклеивала на нее бумажку с надписью — для кого, и выставляла в коридор. Наша задача была забрать и упаковать. Мы с Полом Уайбрю сами выбирали бумагу и ленты и соревновались, кто завернет больше подарков. Каждый год было около сотни подарков, так что состязание было весьма азартным.