– Удачи, принцесса, – услышала она.
Таисса повернула голову, и их взгляды встретились.
Она ещё успела улыбнуться.
И всё померкло.
Таисса сидела на вершине каменистого холма и смотрела на поля, покрытые вереском. А рядом с ней стоял тот, кто был так похож на её отца.
Её далёкий предок в призрачной мантии.
– Вы предназначены друг другу самой судьбой, – произнёс он. – Ты и мальчик, когда-то бывший Светлым.
– Ещё скажи, что это предначертано и существует пророчество, – невесело усмехнулась Таисса.
– А тебя бы это удивило?
Таисса чуть не поперхнулась:
– Пророчество, Великий? Серьёзно? В нашем современном мире, среди линков и нанотехнологий?
– А почему нет? – спокойно сказал Великий Тёмный. – Ты видела цветущие поля перед своими глазами, была в будущем. Кто сказал тебе, что оно линейно? И кто сказал, что не существует узловых точек, изменить которые невозможно? Я называю это знание пророчеством. Назови точным вычислением вероятностей, если тебе так удобнее.
– Ты уже ошибся с моей смертью два раза, – устало сказала Таисса. – Извини, если я вдруг засомневаюсь в твоём знании высшей математики.
– Факт остаётся фактом. Ваши судьбы связаны. Навечно.
Таисса усмехнулась:
– Представляю, как все ужаснутся, если я вдруг с этим не соглашусь. Знаешь, иногда предложение Вернона про монастырь всё больше обретает смысл.
– Поздно, – мягко сказал Великий Тёмный. – И ты скоро узнаешь, насколько поздно.
Таисса кашлянула:
– Вообще-то мне сейчас немного не до романтики. Светлые атакуют базу. Дир беспомощен. Времени не то чтобы мало – его не осталось вообще. Ни секунды. Я понимаю, что здесь оно замерло, но я не могу тратить его на разговоры о судьбоносности моих поцелуев, уж извини.
Великий Тёмный рассмеялся, садясь рядом с ней.
– Твой дед Александр, чужой мне по крови, мечтает владеть миром и сделать всех людей Светлыми, – насмешливо сказал он. – Глупец. Как только Элен могла выбрать его?
– А чего хочешь ты? Владеть миром и сделать всех людей Тёмными?
– Я многого хочу. – Холодный тёмный взгляд, который никогда не мог бы принадлежать её отцу, пронзил её до глубины души. – И ты мне поможешь.
Таисса подняла бровь:
– Помогу с чем? Заложить пару кирпичей в новый город на Марсе? Потому что сделать всех в этом мире Тёмными я как-то не очень планирую. Даже если бы могла.
Великий Тёмный засмеялся:
– Я ещё не сошёл с ума. Нам нравится наша избранность и наши привилегии – так, кажется, когда-то сказал Эйвен? Нет, Таисса. Я хочу изменить будущее, но приходится начинать с настоящего.
Он пристально посмотрел на неё.
– Ты совершила ошибку, когда остановилась. Вы двое могли соединиться, и весь мир получил бы запечатление. Ты отказалась от власти. От абсолютной власти.
– Представляю, что было бы, если бы ты появился и напомнил мне об этом в самый ответственный момент, – мрачно сказала Таисса.
– Ничего хорошего из этого вмешательства бы не вышло, – пожал плечами Великий Тёмный. – Но шанс упущен. Это было бы прекрасное будущее… но оно исчезло из возможных путей.
– Существуют разные пути будущего?
– И я вижу тебя в каждом из них, – кивнул её предок. – Снова. Ты обрела свою ауру и свою силу, и я рад вновь следить за тобой.
– Что-то мне подсказывает, что одним слежением ты не ограничишься, – вздохнула Таисса. – Так чего ты хочешь от меня сейчас? Затащить сюда Дира и слиться с ним в экстазе, как мы оба выяснили, я уже не могу.
Великий Тёмный засмеялся:
– Ну уж точно не под моим присмотром.
Он помолчал.
– Я люблю этот мир. Люблю своих потомков. Эйвен перестал быть Тёмным, Элен стала электронным существом, но осталась ты и твои дети. Я хочу, чтобы эта вселенная принадлежала вам. Тебе и Тёмному мальчику, с которым тебе суждено быть вместе. Твоему наследнику, его детям, их детям. Но ты отказалась быть настоящей Тёмной, когда пришла пора. Дважды.
– Да, – произнесла Таисса. – И не жалею.
– Я не теряю надежды сделать тебя ею и в третий раз, – произнёс её предок. – Но время ещё не настало, я это вижу. А без настоящей тьмы ты не удержишь ни мир, ни даже собственную свободу.