Вернон. Её встреча с Верноном в прошлом определила всё. Кто бы мог подумать, что против его блестящего плана выступят его же собственные слова?
«Нет. Если она пошла на такое, я не хочу её больше видеть».
Мир не давал ей разрешения приказать всем не слушаться ничьих приказов. Никто не просил Таиссу делать их иммунными к любым внушениям. И если кто-то, хоть одна-единственная душа, как Вернон, сказал бы ей «нет»…
Нет. Таисса не могла отдать этот приказ. Не должна была. Не хотела. Без согласия каждой живой души – нет.
– Прости, Вернон, – прошептала Таисса. – Но нет.
Она могла бы вернуть Вернону любовь к ней. Самое главное её желание. Но он отказался от повторного внушения, а выше его воли не было ничего. И даже те слова, что он произнёс, когда стоял над ней со сферой, ничего не меняли.
Она любила его. Но не хотела возвращать его любовь – так.
Но что тогда?
Таисса открыла глаза. Миг, когда решалось всё, наступил.
Мир проживет без чудес. Подснежники зацветут все равно. Но то, что осколок должен быть уничтожен, Таисса поняла бы и без напоминания Великого Тёмного. Без просьбы Дира. Даже без слов отца и холодного взгляда Вернона. Осколок не должен был попасть в руки Совета. Это было очевидно.
Вот только меча у неё не было. А её собственных сил не хватило бы, не для осколка, которому было, может быть, миллионы лет.
Что ей делать?
Ей бы так пригодилось сейчас плечо отца. Холодный ум Вернона. Знания Тьена из будущего. Но Великий Тёмный и Дир доверились ей одной, и это что-то значило, правда?
Таисса была способна принять правильное решение. Она, девочка, для которой доверие, любовь, тепло и свобода были превыше всего. С самого детства.
…Шоколадный торт. Единственный и самый главный во всей Вселенной. Её отец сделал бы для неё что угодно и ни на миг не подумал бы о том, чтобы внушить Таиссе хоть что-то. Даже постоять в углу пять минут.
Таисса улыбнулась, чувствуя, как её наполняет такое знакомое и родное тепло. Абсолютное доверие. Всё, что у неё было. Самое главное, что у неё было.
Выше власти. Выше контроля.
Тепло. Таисса качнулась над обрывом. Вот что она отдаст миру. Тепло и шоколадный торт. И одна-единственная просьба.
Они должны понять. Должны почувствовать. Поверить.
Она решилась.
– Хватит видений, – прошептала Таисса. – Пора возвращаться в реальный мир.
И шагнула вниз.
Ветер ударил ей в лицо. Невозможный, невыносимый, ослепляющий ветер.
И одновременно огромная сила подхватила её будто на крыльях. Тьма, глубокая и неизведанная, и в то же время знакомая, как любимое детское одеяло. Таисса уже ощутила её, когда почти слилась с Диром. Почти подарила миру цветущие пустыни. Почти.
Часть её сердца жалела, что ни в тот миг, ни сейчас она не была способна пойти до конца. Стать настоящей принцессой, властительницей судеб, куда более могущественной, чем Найт. Таисса не обманывала себя: ей этого хотелось. Исполнение всех желаний? Кто же от этого откажется?
Наверное, если у неё всё-таки будет сын или дочь когда-нибудь в далёком будущем, она так и не сможет объяснить им почему. Сможет ли? Как объяснить, что каждую секунду тебе нужно дышать? Что некоторые решения выбивают воздух из лёгких навсегда и твоё дыхание никогда больше не будет свободным?
Таисса не могла подобрать слов. Но она знала, что поступает правильно, и сожаления отступили, рассеялись. Она падала, летела, и теперь её захватывало предвкушение и лёгкое неверие. Неужели её услышат все? Её слова, её мысли, её эмоции?
Да. Неважно было, куда она летела. Неважно даже, если она расшибётся о скалы. Она расскажет свою историю.
Таисса сосредоточилась на одном-единственном воспоминании. Уютная кухня, луна светит в окно, и двое, отец и дочь, сидят на островке за шоколадным тортом, поверяя друг другу свои самые драгоценные тайны.
В глазах заблестели слёзы. Ведь отец сейчас не смог бы её увидеть, даже если бы она стояла рядом.
«Не думай об этом, – словно наяву услышала она его голос. – Не нужно, Таис. Я здесь, и все услышат тебя. Даже я».
Даже Алиса. Даже Павел. Даже Вернон, где бы он ни был.