– Логика не на твоей стороне, Таис, – с сожалением покачала головой Найт. – Увы.
Дьявол, ей нужен был один железный аргумент! Один-единственный. Неужели она не сможет его найти? У Найт оставался свободный разум и свободная воля, она должна, обязана была понять!
Нет. Кажется, ей оставались лишь эмоции.
– Там, где меня держали, производили синтетические психоделики, – резко сказала Таисса. – Дир планировал убить их всех и ввести смертную казнь для всех, кто торгует подобным товаром. Как вам это?
– Не поддерживаю, но понимаю его чувства, – пожала плечами Найт. – Что ещё?
– Александр фактически отключил ему и мне нанораствор. Понизил воздействие до минимума. Дир Тёмный! Как Совет собирается им управлять? И почему Лара отказывается проверить того же Александра на внушение?
Найт нахмурилась.
– Думаешь, это поможет? – задумчиво спросил Александр. – Если я при девочке попрошу Лару проверить меня на внушение, и та ничего не найдёт? Если Дир будет корчиться от боли под нанораствором, потому что Таисса не верит, что он вернулся по своей воле, преодолев излучение Источника?
– Конечно, Лара ничего не найдёт, – утомлённо сказала Таисса. – А Дир просто не даст вам ввести нужную команду: вы представите, что её ввели, но показания приборов останутся неизменными и никакой нанораствор на Дира не повлияет.
– Найт подтвердит показания…
– Да не будет никакой Найт! – закричала на него Таисса. – Ты уберёшь её обратно в коробку, и Дир не даст тебе достать её обратно! А любому живому существу он просто вправит мозги, послав сигнал на свой дирижабль!
Александр и Найт переглянулись, и по спине Таиссы пошёл холодок.
Кажется, она здорово перестаралась.
– Изоляция не поможет, – негромко сказал Александр. – Фармакология не поможет. Общество близких – возможно, но мы никогда не были с ней достаточно близки, а её родителей я вмешивать не хочу и не могу. Дир? Её психоз направлен на него. Что нам делать, Найт?
– Я бы посоветовала тебе поторопиться с советами, Найт, – ядовито сказала Таисса. – Потому что, едва ты начнёшь думать, что в моём «психозе» есть здравое зерно, Александр тут же тебя отключит. Просто решит, что может обойтись и без тебя. На месте Дира я сделала бы именно такое внушение: которое минимально затрагивает личность, но полностью обходит все попытки в чём-либо Дира заподозрить.
– Дир бы слишком рисковал, разрешив Александру включать меня вообще, – заметила Найт.
– Ты такой же психолог, как и Александр, – устало уронила Таисса. – Ты мне и скажи, что опаснее: разрешить Александру включать тебя для разговора время от времени, зная, что ненужным советам он всё равно не последует, или запретить включать тебя вообще, зная, какое чудовищное психологическое давление это на него окажет? Изменения в личности должны быть минимальны: Дир играет по-крупному.
– Переубедить её логическими аргументами тоже не удастся, – сухо сказал Александр. – Ты только что в этом убедилась.
– Отправь её куда-нибудь в путешествие на пару недель, – мягко сказала Найт. – С Диром, если сможешь его выделить. Она снова доверится ему, если они будут наедине. Тут нельзя действовать внушением, Александр. Только нежностью и доверием.
Таисса глубоко вздохнула. Это было лучше, чем запереть её в камере с силовыми полями под надзором психиатров, и лучше, чем внушение, но…
…Она проиграла. Любая её попытка переубедить кого-то из членов Совета в чём угодно была обречена.
И Дир, разумеется, узнает об этом уже через полчаса, если не раньше.
– Александр, – безнадёжно произнесла она. – У тебя есть препарат против контроля сознания? Одна доза? Выпей её, пожалуйста.
Александр вздохнул:
– В последней партии препарата нашёлся неприятный побочный эффект, и мы вынуждены были её отозвать. Сейчас наши лаборатории готовят новую партию, но есть небольшая… задержка. Кроме того, никто не собирается тратить сверхдорогое средство просто для того, чтобы успокоить твои подозрения.
Ну конечно же. Дир предусмотрел и это.
– Хотя бы не говорите… – начала Таисса и осеклась. – Вы скажете Диру немедленно, правда?
– Тебе лучше пойти отдохнуть, – вместо ответа сказал Александр. – Андрис тебя проводит.