Ей могло помочь только одно.
Один-единственный способ. Волшебное средство, известное каждой маленькой принцессе, будь ты единственной дочерью тирана и диктатора или перепачканной в остатках химического снега замарашкой из трейлерного парка. Пожалуй, быть замарашкой даже веселее. Родители не устраивали бы себе шестнадцатичасовой рабочий день, как отец, и не пропадали бы неделями на съёмках, как мать. Вместо этого они бы мирно сидели перед экраном с коробкой пиццы, и можно было бы примоститься между ними, разогреть попкорн и весело комментировать фильм, который уж точно не оказался бы очередным учебным пособием.
Но она снова отвлеклась. В путь!
Таисса отбросила одеяло в угол комнаты, приземлилась с перекатом и вновь оттолкнулась от пола, осторожно нажимая ручку двери. Та открылась, и Таисса, проплыв по короткому коридору, оказалась на лестнице. Интересно, она сможет сделать внушение, если случайно наткнётся на кого-то из охраны? Ой, вряд ли. И если попробует, отец точно не обрадуется. А уж как сдвинет брови мама, если Таисса вновь, не рассчитав сил, прыгнет на перила и придётся менять всю лестницу…
Иногда иметь сверхспособности не очень-то весело, если тебе не дают их применять каждую минуту. А старые ступеньки всё равно слишком скрипели, так-то!
Таиссе повезло: в холле было пусто, и Таисса беспрепятственно проплыла на кухню. К мирно гудящему в темноте холодильнику, где, Таисса знала, таилось её главное сокровище.
Шоколадный торт. Единственный и самый главный во всей Вселенной. Любые пришельцы отдали бы за него последнюю летающую тарелку, тут Таисса побилась бы об заклад с кем угодно.
И сейчас она собиралась съесть три куска. Не меньше.
Чёрт подери, ей было грустно! Разве это не было достаточной причиной?
Отец поймёт. Таисса решительно открыла дверцу холодильника. А мамы всё равно не будет дома ещё целых два дня. Вечность, за которую Таисса сломает ещё не одну лестницу, и какой-то там торт быстро забудется. Ведь правда?
– Доброй ночи, Таис.
Чёрт. Таисса была всегда рада слышать этот голос, но не сейчас же! Сейчас был самый неподходящий момент из всех-всех-всех неподходящих моментов! Настолько, что обычные неподходящие моменты даже постеснялись бы мимо пройти.
Она с обречённым видом обернулась.
Её отец в домашних штанах и футболке с задумчивым видом стоял у кухонного островка. Как ему удавалось оставаться с гладкими щеками безо всякой щетины весь день, даже ночью? Таисса иногда подозревала, что тут были замешаны какие-то особые сверхспособности, но ей о них явно скажут не скоро.
– Я вовсе не собираюсь красть торт из холодильника, – предупредила она.
Её отец кивнул:
– Я так и понял.
– Я собираюсь его взять на правах хозяйки. Весь.
Поднятая бровь была ей ответом.
– Так-таки и весь?
Таисса тяжело вздохнула.
– Мне было грустно. И… торт же обычно помогает, да? Он ведь торт?
– Иногда даже шоколадный, – согласился её отец. – Что случилось, Таис?
Таисса провела пальцами по прохладному боку холодильника. Ей ужасно хотелось объяснить, что с ней не так, но у Таиссы просто не было таких слов. Наверное, ей стоило сначала вырасти, окончить университет, и тогда она будет в состоянии выразить любую мысль… но как же ей быть сейчас?
Кажется, торт откладывался.
– Не знаю, – неохотно сказала Таисса. – Кажется, у меня… сплин? Депрессия? Меланхолия? Теперь ты будешь исследовать мою биохимию мозга и проверять, как торт влияет на химический баланс?
Её отец засмеялся.
– Ну, с радикальной диагностикой мы пока подождём. А если своими словами? Своими, настоящими, не из моих лекций?
– Хм?
Он чуть наклонился.