Но даже обессиленная, лишённая надежды и знающая наверняка, что умрёт, она оставалась Тёмной – и грозным противником.
Первый громила рухнул на пол мгновенно. Краем глаза Таисса успела заметить неухоженную бороду и слишком тёплую одежду: зимние ботинки и утеплённые брюки, словно он только что пришёл с мороза.
А другой успел уклониться от захвата, и в его руке блеснул инъектор.
«Нет уж», – злорадно подумала Таисса, разворачиваясь. Её нога взлетела в прыжке, и жёсткий удар свернул ему челюсть. Раздался глухой стон.
Никакой регенерации у её противников не было, а значит, им придётся валяться в больнице неделями. Если они, конечно, вообще выживут, а не будут казнены собственными нанимателями. Те, кто проповедовал вариант «ноль», вряд ли будут счастливы, что кто-то упустил ценную пленницу.
Особенно единственную дочь главы «Бионикс», за которую тот отдал бы всё.
Короткий удар в живот, и второй громила отправился вслед за первым. Не медля, Таисса быстро сорвала с их рук линки, лишая всякого средства связи, и по пути заметила, что второй громила тоже был в тёплой куртке.
Таисса не боялась переохлаждения. Но один раз её целую ночь пытали холодом, и это было крайне неприятно даже для Тёмной.
Что ж, предупреждён – значит вооружён, верно?
Она быстро и аккуратно сняла с нападавшего куртку и обыскала карманы. Подняла брови: ни карточки-пропуска, ни ключей внутри не было. Это было или слишком хорошо: она могла выбраться в любой момент, или слишком плохо: выбираться было особо некуда. Впрочем, скоро она это узнает. И чем скорее, тем лучше: её могли найти в любую минуту.
Таисса бросила взгляд на тёплые ботинки, которые явно были ей велики, и, не тратя времени, запихнула обоих громил в камеру. Механическая панель была примитивной: чтобы закрыть её, код не был нужен. Миг, и силовое поле снова вспыхнуло.
Набросив куртку, Таисса активировала линки и коротко выругалась: оба были включены, но модулей связи на них не было в принципе. Логично: если база и впрямь была отрезана от всего мира, не очень-то умно было выдавать её координаты.
Все больше аргументов было за то, что они затеряны где-то в глуши, в холодном климате, и это Таиссе не нравилось совершенно.
Она небрежно бросила линки в карман куртки и быстро направилась вперёд по коридору. Она могла бы прибегнуть к сверхскорости или хотя бы к полёту, но Таисса помнила предупреждение Ника. Силы нужно было беречь, иначе она лишится их окончательно. Стать человеком? Лишиться полёта, потерять способности, как миллионы Тёмных по всему миру после войны? Нет. Никогда.
Никогда больше. И если это будет зависеть от неё, голоса за вариант «ноль» смолкнут и перестанут угрожать Тёмным. И почти взрослым, как Таисса, и детям. Совет выдал ей временный карт-бланш на применение способностей, и Таисса собиралась его использовать.
Она свернула за угол. И оказалась в огромной сверкающей лаборатории, разгороженной стеклянными стенами.
Таисса быстро оценила обстановку. Семеро: двое с одной стороны, пятеро с другой. Кажется, люди. Она не чувствовала аур, но это ничего не значило: трое из них стояли достаточно далеко. В любом случае у неё были все шансы справиться.
Что до того, где она находилась…
Таисса круглыми глазами посмотрела на баки, костюмы химической защиты в прозрачном шкафу, пакеты с готовым кристаллическим сырьем прозрачного и бледно-голубого цвета… и изумлённо приоткрыла рот. Вокруг неё самым открытым и беспардонным образом производились синтетические психостимуляторы. Таисса не была специалистом, но некоторые вещи понятны с полувзгляда. В конце концов, люди её отца накрывали подобные лаборатории не раз и не два ещё до войны, и один раз Эйвен Пирс сам вернулся с рейда с залитым кровью лбом: в лаборатории промышляли и Тёмные.
Точно! Таисса беззвучно ахнула. Вот что ей вкололи. Вот что заставило разноцветные круги плясать перед её глазами! Психоделики действовали и на Светлых, и на Тёмных куда сильнее, чем на людей: оглушая, мешая регенерации, гася способности почти до нуля, доводя до галлюцинаций и глубоких обмороков. Яд, который в достаточной дозе оказывался смертельным.