– Тебе самому не противно держать под внушением кого-то, кто тебе доверяет? – произнёс Павел. – Просто так, к слову?
– Ещё скажи, противно ли мне жить, – резко сказал Вернон. – Кто-то ещё не в курсе, что я умираю и мне нужна сфера? Кляп на пару часов – не самое страшное, что может случиться с твоей подружкой. А вот мою смерть поцелуем в щёчку не поправить. Удивлён?
– Да ты…
– Павел, не стоит, – негромко сказала Таисса. – Я стёрла ему все чувства ко мне. Навсегда. Теперь я всего лишь участница операции, и ничего больше.
– Вынужденная, раз ты под внушением и готова выполнять всё, что он тебе скажет.
– Я выбрала внушение добровольно, – тихо сказала Таисса. – Да, мне страшно. Но у Вернона есть план, и я ему доверяю.
– У Рекса тоже есть план, – мрачно сказал Павел. – И вряд ли никудышный.
Вернон откинулся на сиденье.
– Ладно. Едем и развлекаемся. – Он кивнул Павлу. – Что со связью и координатами?
Павел дёрнул плечом:
– Датчики в ноль. Могу смять багажник в лепёшку, чтобы поднять тебе настроение, но вряд ли это поможет.
– Ну замечательно, – протянул Вернон, глядя на своё запястье с бесполезным теперь линком. – Приятная поездочка в лес по грибы, ничего не скажешь.
От гудения глушителя у Таиссы начала болеть голова.
– Расскажите кто-нибудь об этих ребятах, что ли, – лениво предложил Вернон. – Светлая, ты же общалась с ними, верно? Или дедушка нашей Пирс решил не пачкать твои генетически совершенные ручки?
Лара покачала головой:
– В такие интриги он меня не вовлекает. Незачем.
Что-то скользнуло в её голосе. Грусть? Разочарование?
– Следующую главу Совета он из тебя явно не готовит, – констатировал Вернон. – Впрочем, и чёрт бы с ним, верно? Не ему решать, кем ты будешь. Решать тебе.
Он кивнул Ларе:
– И что ты, кстати, решила?
Лара рассеянно коснулась лба:
– Я… не могу сейчас об этом думать. Дела Совета…
– Ну да, подумаешь, когда выйдешь на пенсию, угу. Этого они от тебя и ждут. – Вернон смотрел на неё как на умалишённую. – Серьёзно, ты меня изумляешь. В твоих силах создать собственную группировку, воспользоваться тем, что ты можешь внушить свою волю любому Тёмному и Светлому, и захватить нешуточную власть. Или поступить умнее, действовать медленнее, но заставить Совет прислушаться к тебе. Пусть Александр продолжит стоять за твоим плечом, но ты ведь благодарная ученица, верно?
– Мы не действуем сами по себе, Лютер, – резко сказала Лара. – У нас общая цель. И именно этим мы сильны. Александр, Ник, Дир, Елена – мы вместе.
Таисса не сдержала нервного смешка.
– О да, – произнесла она. – Особенно Дир.
– Может, рассказать ей? – спросил Павел. – Вдруг она…
– Прямым текстом? Не советую, – лениво произнёс Вернон. – Поставишь под удар операцию её психическим срывом, и я от твоей рыжей башки даже скальпа не оставлю. Кто-нибудь тут страдает амнезией? Или всё-таки помните, что речь идёт о жизни меня любимого?
– И что же вы собираетесь мне рассказать? – поинтересовалась Лара.
Вернон усмехнулся:
– Ну, Александр же сказал тебе, что у Пирс острый психоз, мания преследования и навязчивая идея? Что она думает, что Дир промыл всем в Совете мозги со своего дирижабля и тайком дёргает за ниточки?
Лара отвела взгляд.
– Не скромничай, красотка. Говорил?
– Допустим, – неохотно сказала она. – И просил за ней приглядеть. Не говоря об этом Диру.
– И именно этим ты сейчас и занимаешься, – хмыкнул Вернон. – Приглядываешь. А теперь представь, что с Пирс всё в порядке. Больше ничего не представляй: никаких внушений и теорий заговора. Просто сделай маленький шажок и прими, что существует альтернативная точка зрения. Она ведь неправильная, да?
– Безусловно.
– И отлично. Просто знай, что она есть.
Лара пожала плечами, отворачиваясь и проводя пальцами по стеклу автомобиля.
– Я не верю в альтернативные точки зрения, – жёстко сказала она. – Ни в компромиссы, ни в шаги навстречу, ни в право твоего противника на свою правду. Ни этика Тёмных, ни цели варианта «ноль» не имеют права на существование и будут сметены с доски рано или поздно. Все в Совете думают именно так: кто-то громче, кто-то тише.