«Да».
«Если я погибну, мои приказы, отданные тебе под паролем, не сможет отменить вообще никто. Это ты понимаешь?»
«Да».
«Очень хорошо. Теперь слушай остальное».
Таисса помнила. Помнила каждую строчку его инструкций. Но что, если она погибнет раньше, чем вернёт Вернону сферу? Раньше, чем он сможет осуществить свой план?
Осталось лишь надеяться, что их переговоры в машине заинтересовали Рекса настолько, что он захочет забрать Таиссу живой. Во что бы то ни стало.
– Верь мне, – произнёс Вернон. – Такие знакомые слова, правда?
– Даже если ты будешь говорить, что всё кончено, – прошептала Таисса.
– Именно. Ничто не потеряно, Пирс, пока ты в это веришь.
Он кивнул на дверь машины:
– Вперёд, Тёмные, Светлые и рыжие. Время побеждать.
Глава 18
Таисса не знала, что ожидала увидеть. Полуразрушенный бетонный бункер в глухом лесу? Подземные коридоры торгового центра? Заброшенный склад в промзоне, комнату-сейф в швейцарском банке за прозрачной стеной силового поля? Может быть, кучу излучателей, сваленных в оркестровой яме среди пустых коробок от пиццы? Она едва удержалась от нервного смешка, представив этот образ.
Но она совсем не ожидала, что их привезут в скромный, но отделанный со вкусом двухэтажный коттедж, облицованный камнем. Не настолько роскошный, чтобы Светлые им заинтересовались, но достаточно уютный, чтобы стать кому-то домом.
– Именно здесь моя мать хранила свои излучатели, – произнёс Вернон, оглядываясь в гостиной. – Ах, эти хрупкие силовые поля, которые открываются только от моей уникальной ауры! И их не взорвёшь: мало того что это привлечёт много ненужного внимания, это полностью уничтожит содержимое. Хорошо быть незаменимым, правда?
Они четверо стояли посреди элегантной и безупречной гостиной, расположенной на минус втором этаже. Причём, как Таисса успела заметить, пока их провожали вниз, отыскать вход на подземные этажи из видимой части дома было невозможно. Похоже, Виктория продумала всё. Даже лисью нору у всех на виду на случай, если нужно будет отлежаться.
Вот только в этой норе вновь не было связи, но были силовые поля. И едва Таисса, Павел, Лара и Вернон переступили порог гостиной, золотистый купол над ними вспыхнул с такой силой, что излучение глушителя показалось Таиссе детской игрушкой.
– Моя мать училась у гения, – бесстрастно сказал Вернон. Его лицо оставалось невозмутимым. – Мой отец предусмотрительно защитил свой тронный зал силовым полем максимальной мощности, и она, я вижу, сделала то же самое.
Лара, помедлив, села на мягкий диван, и Таисса последовала её примеру.
– Мы не можем выбраться? – подал голос Павел.
– Не вижу как. Эту штуку возможно пробить только направленным взрывом большей мощности, чем поле, и тогда не уцелеет никто из нас. Я мог бы протолкнуть через поле небольшой предмет, но кого-то из вас? Не надейтесь.
Вернон развёл руками и опустился в кресло.
– Что ж, отдохнём, пока нас не настиг зов природы. Чувствую, если мы задержимся тут ещё на полдня, выйдет очень неловкий момент.
– Не сомневаюсь. Но до этого не дойдёт.
Голос, который произнёс эти слова, раздался совсем рядом с ними, хотя в зале по-прежнему никого не было. Павел вдруг вздрогнул, разом побледнев.
– Когда-нибудь, – задумчиво произнёс Вернон, – я буду рад увидеть злодея, который не окажется ничьим родственником. Ни братом-близнецом, разделённым со мной в детстве, ни потерянной матерью, ни школьной любовью троюродного дяди. Но что-то мне подсказывает, что в этот раз нам подобное счастье не грозит.
Он вскинул голову:
– Рекс, если я не ошибаюсь? Не стесняйся, присоединяйся к нашей скромной вечеринке. Уверяю, мы будем рады знакомству.
Голос засмеялся.
– Это взаимно, Вернон Лютер. Но сначала небольшая демонстрация.
Короткий щелчок сменился скрежетом. Стены и потолок зала разошлись в стороны, и Таисса услышала, как Лара нервно рассмеялась.
Роскошную деревянную отделку и пейзажи маслом на стенах сменил голый бетон. Серые неоштукатуренные стены, в каждой из которых на ровном расстоянии друг от друга темнели узкие игольчатые жерла. А под самым потолком – отрезки серебристых труб, ведущие в темноту.