– Руки за голову. Впрочем, это всё равно не имеет значения.
До камеры они добирались ещё три минуты: шесть бессознательных тел было крайне неудобно и держать, и нести. Таисса без малейшего пиетета швырнула их внутрь, убедилась, что ведро с водой в углу камеры было полным, пожала плечами, закрыла камеру и кивнула светловолосому, который остался стоять снаружи.
– Может быть, всё-таки скажешь, где мы находимся?
Он усмехнулся:
– Глухая тайга. Север. Куда уж точнее.
Глаза Таиссы расширились.
– И какой город?
Он расхохотался:
– Город? До ближайшего жилья больше двух часов на вертолёте.
Куда дальше, чем от берега до замка Майлза Лютера. Тогда Таисса была в отличной форме, но Вернону всё равно пришлось тащить её над морем не час и не два. Слишком далеко, слишком долго. А тут её едва ли хватит на полчаса полёта, и к тому же она даже понятия не имеет, куда лететь и куда идти. Четыреста километров по глухой тайге? Может быть, пятьсот? Сколько?
– Какого чёрта? – выдохнула Таисса. – Что вы тут делаете? Что я тут делаю?
Светловолосый пожал плечами:
– Тебя очень хотели показать миру. Делать с тобой интересные вещи очень долго и выкладывать их по закрытым каналам. Тебе бы понравилось.
Таисса почувствовала, что бледнеет:
– Месть?
– Конечно. Про мораторий Таиссы Пирс знают многие. Думаешь, это сошло бы тебе с рук? – Он усмехнулся. – Люди начинают симпатизировать Тёмным, потому что массовые внушения теперь запрещены: ещё немного, и нам грозит чёртова революция. Думаю, у Тёмных сильно вытянутся лица, когда они услышат твои стоны и всхлипы с экранов своих линков. Я прав?
– Зачем вам это? – устало спросила Таисса. – Мои мучения?
– Чтобы твой отец был сговорчивее, – усмехнулся светловолосый. – Разве непонятно?
Таисса сжала губы.
– Как вы общаетесь с внешним миром?
– Грузовой вертолёт прилетает раз в неделю. Мы не любим публичности.
– И когда он прилетал в последний раз?
Вместо ответа светловолосый холодно улыбнулся. А на Таиссу вдруг пахнуло отголоском Светлой ауры.
Нельзя оставлять врага сзади и второго врага – спереди. Таисса коротким ударом вырубила светловолосого – так, как её учил отец когда-то. Она увидит отца. Плевать на все предсказания Великого Тёмного, она выживет и обнимет свою семью.
А потом Таисса медленно обернулась. И ахнула.
Светлый, стоящий в коридоре, был ей прекрасно знаком. Андрис Янсонс собственной персоной. Тот ещё пижон, ненавидящий Тёмных и питающий особую неприязнь к Вернону Лютеру за смерть своего отца.
– Так это ты, – дрогнувшим голосом сказала Таисса. – Ты управляешь этой базой. И ты руководил моим похищением.
– Не я, – пожал плечами Андрис. – Но отпускать тебя я не собираюсь. Раздевайся целиком и возвращайся в камеру. Не заставляй меня применять силу. Тебе будет очень и очень больно.
Таисса неверяще смотрела на него.
– Обратно в камеру? Серьёзно?
Андрис неторопливо вытащил из ножен короткий изогнутый меч. Сталь была очень неплоха. А сама Таисса очень устала.
– Зачем всё это? – прошептала она. – Зачем психоделики, зачем пытать меня, зачем работать на вариант «ноль»? Ты же хотел стать членом Совета!
– И стану им, – бесстрастно произнёс он. – Вот только сначала ты вернёшься в камеру. У нас на тебя серьёзные и далеко идущие планы. Не бойся, убивать тебя не будут. Просто надавят на твоего отца, чтобы он предоставил нам мощности «Бионикс» и много чего ещё.
Таисса едва не попятилась. Убивать, возможно, её и не будут. Но, судя по тому, как с ней обращались до сих пор, невредимой она не останется. По крайней мере, вряд ли её хотели вытащить из камеры, чтобы предложить горячий ужин.
– Я сильнее тебя, – ровным голосом произнесла она.
Андрис осклабился:
– Нет. Я прекрасно знаю всё про твоё отравление, Таисса Пирс: и про то, как ты валялась под капельницами, и про то, что тебе сказали врачи. Сейчас ты очень слабая Тёмная, и я справлюсь с тобой без труда. Раздевайся. Я не буду повторять в третий раз.