Таисса вздохнула.
– Конечно.
Некоторое время они сидели на обрыве бок о бок и смотрели на проплывающие мимо облака. Далеко внизу мелькнул крошечный белоснежный парус.
– Отец брал меня с собой в кругосветное путешествие, – негромко сказал Тьен, и в его голосе скользнула нежность. – С собой и… – Он осёкся. – Лучшие недели в моей жизни. Мы с ним очень близки. Хотя в детстве мне пришлось нелегко.
– Почему?
– Потому что я родился не вполне обычным способом, – тщательно подбирая слова, сообщил Тьен. – И мы были не вполне обычной семьёй, если это можно так назвать. Боюсь, нам пришлось пережить очень многое перед тем, как мы стали отцом и сыном по-настоящему.
Таисса вскинула на него взгляд:
– А с матерью? С Ларой? И с твоей настоящей матерью, Алисой, которая тебя выносила? У вас тоже были сложности? Алисе не делали внушения? Не отбирали тебя?
Тьен не шевельнулся. Даже не покачал головой. Он смотрел вдаль.
– Тьен? – тихо сказала Таисса. – Я даже этого не могу узнать? Что сына Дира любили в детстве?
– Любили, – хрипло сказал Тьен. Он всё ещё не смотрел на неё. – Но ты ошибаешься, очень сильно ошибаешься, и я не могу тебя поправить. Даже намекнуть не могу.
– А если намекнёшь и расскажешь, изменится будущее, – прошептала Таисса. – Уже сейчас я могу вернуться и натворить дел, если вообще успею, и оно изменится всё равно. И тебя, который сейчас сидит здесь, не будет. Ты просто исчезнешь.
– Я не думаю, что это произойдёт, – мягко сказал Тьен. – Когда ты рассказывала мне об этом нашем разговоре, у меня была такая же реакция, и ты долго успокаивала меня и рассеивала мои страхи. Очень долго. Но мы сошлись на том, что будущее крепче, чем нам кажется. – Он улыбнулся. – Ну и ещё на двух шоколадных мороженых.
– Кажется, мы подружились.
– С тобой сложно не подружиться.
Они снова замолчали. А потом Тьен чуть улыбнулся.
– Я кое-что сейчас сделаю, потому что ты сказала мне, что я уже это сделал, – сказал он. – Будущее не изменится, не бойся.
Таисса подняла бровь:
– Хм?
Вместо ответа Тьен подобрал с земли простой округлый камешек.
– Сразу его узнал, – сказал он, подкидывая камешек на руке. – Так забавно, когда будущее исполняется. Чувствуешь, что в мире правит необыкновенная гармония.
Он повернулся к Таиссе.
– Возьми, – произнёс он, вкладывая гладкий камешек в её руку. – Отдашь мне когда-нибудь. Если захочешь.
Таисса в неверии глядела на камешек, пока Тьен не сомкнул вокруг него её пальцы.
– Я могу с ним… вернуться? В настоящее?
– Да. Ничего не изменится. Но будет лучше, если ты спрячешь его в карман.
Таисса кивнула, убирая камешек.
– Жаль, что ты не можешь вколоть мне сейчас средство от контроля сознания, – тихо сказала она.
– Очень жаль, – кивнул Тьен. – Хотя я собирался это сделать, но ты запретила. Сказала, что этот препарат может резко изменить твой сердечный ритм во сне и это поставит всю операцию под удар.
Таисса, помолчав, кивнула:
– Логично.
– Я бы хотел рассказать тебе что-нибудь о будущем, – с тоской произнёс Тьен. – Как мы гуляли по набережной, а я рассказывал тебе о своих злоключениях в школе. Как у тебя забавно тёк сок от шашлыка по подбородку, а мы…
Он прикрыл ладонью лицо.
– Не сдержусь. Извини. Прости, – его голос был хриплым. – Сменим тему.
– Когда-нибудь я тебя увижу, – задумчиво сказала Таисса. – Доживу как минимум до сорока одного, если будущее не изменится. И мы станем друзьями.
Тьен чуть улыбнулся, но в его глазах застыло странное выражение.
– Да.
– Должно быть, мир изменился совершенно необыкновенным образом, – проронила Таисса. – Отношения между Тёмными и Светлыми, новые горизонты, технологии, генетические эксперименты. Возможно, уже появились люди с боевыми имплантами, которые превосходят и Светлых, и Тёмных. Даже таких, как Дир или ты.
– Отца невозможно превзойти, – тихо и печально произнёс Тьен. – Уже невозможно.
Таисса вскинула на него встревоженный взгляд.
– Нельзя сравняться или превзойти только в одном случае, – резко сказала она. – Он погиб?