Выбрать главу

Джон Мэддокс Робертс «Королевский гамбит»

Марте Ноулс и Кену Рою, хорошим друзьям, прекрасным историкам и наилучшей компании!

ГЛАВА 1

Я принял начальника ночной стражи в атрии. С тех пор как меня избрали в Комиссию двадцати шести, приходилось начинать каждый день с этой утомительной обязанности. Впрочем, не будь я совой по натуре, вряд ли бы она меня так отягощала. Час был столь ранний, что еще не рассвело и никто из моих немногочисленных клиентов пока не приехал. У стены атрия, с кожаными ведрами возле ног, сидели ночные стражники. Мой престарелый раб-привратник разносил им кубки с разбавленным водой кислым вином, которое было столь горячим, что источало пар.

— К счастью, этой ночью обошлось без пожаров, господин, — доложил начальник стражи. — По крайней мере, в нашем районе.

— Слава богам! — ответил я. — А как в других?

— Только один большой пожар в окрестностях Большого цирка. Мы его засекли с вершины Виминала. Боюсь, он до сих пор не погас.

— А какой нынче дует ветер? — встревожился я.

Если загорелся один из тех масляных складов, что размещались между Цирком и рекой, то к полудню пламя могло охватить весь город.

— Северный.

Я облегченно вздохнул и пообещал принести жертву Юпитеру, если он не сменит направление ветра и Борей будет дуть на протяжении ближайшего дня.

— Что еще?

— Два взлома, о которых нам заявили домовладельцы. — Стражник с трудом подавил зевок. — И еще кое-что. Обнаружено тело мужчины в аллее между сирийской аптекой и винной лавкой Публия.

— Убийство? — поинтересовался я.

— Да. Его задушили. Причем не иначе как тетивой от лука. Для начала мы допросили Публия. Выяснилось, что имя убитого — Марк Агер. Последние два месяца он снимал комнату над винной лавкой.

— Кто такой? Свободный или вольноотпущенник?

— По всей вероятности, вольноотпущенник. Двое моих людей опознали в нем гладиатора, который некогда выступал под именем Синистр. Правда, последние два года на арене он не появлялся. Должно быть, накопил достаточно средств, чтобы выкупить себе свободу.

— Что ж, невелика потеря. Должно быть, он был одним из людей Макрона? Или из какой-нибудь другой банды?

— Насколько мне известно, нет, — пожал плечами начальник стражи.

— Тем хуже для меня. Придется немного попотеть. Для начала просмотрим реестры выплаты пособий, чтобы узнать, где он жил, а потом попытаемся выяснить имя его бывшего владельца. Не исключено, что тот изъявит желание взять на себя похоронные расходы.

Лично я не был сторонником того, чтобы гладиаторов отпускали на волю. Вряд ли человек, несколько лет проработавший профессиональным убийцей, мог стать добропорядочным гражданином. Кроме того, как показывала жизнь, освободившись, бывшие рабы проматывали свои сбережения за несколько месяцев. Потом записывались на получение зернового пособия и в лучшем случае нанимались на службу телохранителем к одному из политических деятелей, а в худшем — примыкали к какой-нибудь банде.

Однако я был рад, что предстояло расследовать лишь одно убийство. Ночные вылазки уличных банд зачастую заканчивались по меньшей мере дюжиной трупов на задворках Субуры. Впрочем, поскольку только что завершились Плебейские игры, в городе наступило временное затишье. Как обычно, после шумных торжеств у любителей разбоя случается передышка на день-другой. Но рассчитывать на то, что она продлится дольше, явно не приходилось.

Не знаю, какое представление вы имеете о тех далеких временах, поэтому хочу заметить, что Рим в те дни, хотя и был властелином мира, не слишком отличался от деревни нильских пигмеев. Несмотря на то что римские легионы следили за порядком в сотнях городов, расположенных вдоль побережья нашего моря, никто из них не патрулировал улиц Рима. Так уж сложилось испокон веков, и государственная власть не считала нужным нарушать эту традицию. Зато город был поделен между многочисленными бандами, каждая из них находилась под покровительством либо могущественной семьи, либо какого-нибудь политического деятеля. Эти группировки находились на службе у своих хозяев и выполняли для них различные поручения. Обыкновенно их услуги носили криминальный характер.

Отпустив стражников, чтобы они могли наконец предаться долгожданному сну, я коротко переговорил с клиентами. Моя карьера только начиналась, потому таковых у меня было немного. А точнее сказать, всего двое вольноотпущенников, некогда принадлежавших нашей семье: уволенный в запас солдат легиона, в котором мне довелось недолгое время служить, и глава сельской плебейской семьи, издавна находящейся под патронатом Цецилиев. Я вполне мог бы обойтись без их участия, однако отец настоял, чтобы они непременно находились в моем окружении. Видите ли, он считал, что всякому мужчине, вступавшему на общественное поприще, подобает иметь хотя бы нескольких клиентов, чтобы те с почтительным видом сопровождали его по утрам, подчеркивая его значимость. Называя меня патроном, они начинали разговор с одного и того же вопроса: будут ли у меня к ним какие-нибудь поручения на ближайший день. Прежде чем мне действительно понадобилась их поддержка, прошло несколько лет. Поначалу я всего лишь отдавал дань традиции.