— Хочешь сказать, что на моих людей напали?
— С ними все обошлось. По-моему, убийца всего лишь хотел поиграть. Их просто застали врасплох, и я прошу за это прощения. Я не думал, что наемники рискнут напасть среди бела дня, и понятия не имел, что они подбираются к кому-то еще. — Кит взглянул на то место, где кинжал настиг врага. — Теперь по крайней мере одним стало меньше.
Кит усмехнулся, но Страйдеру стало не до смеха, когда он заметил недобрый огонек в глазах брата.
— Кто-нибудь пострадал?
— Кристиан ранен в руку. — На лице Кита появилось мучительное выражение.
— Ты чего-то не договариваешь? Кит, не говоря ни слова, слез со стены. Страйдер последовал за ним.
Его брат решительно направился тем же путем, откуда появился.
— Кит! — Страйдер бросился вслед за Китом, схватил его за руку и остановил. — Что происходит? Только не надо говорить, что ты не знаешь. Еще как знаешь!
Кит пошел красными пятнами, отказываясь смотреть Страйдеру в глаза. Что бы ни вызвало подобную реакцию, это что-то до крайности удручало его.
— Ты можешь довериться мне, — немного смягчился Страйдер. — Ты ведь сам это знаешь.
Щека Кита задергалась в нервном тике.
— Я не хочу, чтобы тебя ранили или убили. — Кит наконец-то поглядел брату в глаза, во взгляде та же искренность, что и у Страйдера. — Что бы ты ни думал и ни услышал, никогда в этом не сомневайся.
Сердце Страйдера сжалось от муки, в голове снова застучали слова Демьена, в душе нарастал гнев.
— Ты Аквариус, да?
Прежде чем Кит успел отвернуться, в его глазах блеснули слезы, и Страйдер получил ответ на свой вопрос. Брат задрожал и стыдливо повесил голову.
У Страйдера перехватило дыхание, когда он припомнил, сколько раз он беседовал с Китом через стену тюрьмы. Сколько раз обещал своему брату спасти его и при этом даже не подозревал, что говорит с Китом. С Китом, чьи крики преследовали его все эти годы.
И- в конце он оставил его на растерзание врагам.
Страйдеру захотелось умереть.
Он обнял брата и крепко прижал его к себе.
— О Господи, Кит, я не знал, что это ты. Клянусь, я не специально оставил тебя там. Если бы у меня закралось хоть малейшее подозрение, что ты жив, я бы стены голыми руками разорвал, но достал бы тебя оттуда.
Слезы Кита упали ему на шею.
— Теперь я знаю это, Страйдер.
Страйдер отпустил его и обнял одной рукой за плечи.
— Честно? — заглянул он ему в глаза.
— Если бы я не знал этого наверняка, ты был бы уже мертв. — Взгляд у Кита был затравленный и в то же время зловещий. — От моей руки.
Страйдер никак не мог сообразить, как относиться к этому новому Киту. Он привык иметь дело с застенчивым и скромным мальчиком, а не с твердым и беспощадным мужчиной.
— Сколько человек ты убил?
Кит отстранился от него и развязал широкий темно-зеленый кожаный браслет, который постоянно носил на левом запястье. Затем закатал белый рукав и показал Страйдеру наколотый арабской вязью список.
— Здесь двенадцать имен, — сказал он. — Все мертвы, за исключением тебя.
Страйдер дотронулся до вытатуированных сарацинами слов, которые не мог прочитать.
— Когда?
— Я убил их еще до встречи с тобой. Сначала я хотел вернуться домой и прикончить тебя одного, а остальных не трогать. Отправился к Майклу в надежде, что он сумеет защитить меня от Кальб аль-Акраба, но, когда он выкинул меня, я понял, что у меня нет выбора, придется выполнять задание. Без укрытия мне ничего не оставалось, как подчиниться их приказам. Иногда во время странствий я кожей чувствовал, что за мной следят. По пути мне и в самом деле оставляли записки с предупреждениями, но я не знал, кто и когда.
— Но как насчет Сирила? Кит снова отвел взгляд.
— Он тоже в твоем списке? Кит покачал головой:
— Нет. Я убил его, потому что он узнал во мне Аквариуса.
Что за бред? Сирил сидел в одной камере со Страйдером. Ни он, ни Страйдер ни разу не видели Аквариуса.
— Как он мог узнать тебя?
Кит вздрогнул, словно его ударили. Не успел Страйдер и глазом моргнуть, как он повернулся и пошел прочь. — Кит?
— Оставь меня! — прорычал он. — Я не имею никакого желания вспоминать ту ночь, так же как и ты.
Страйдеру стало дурно, когда он вспомнил, сколько раз за время пребывания в тюрьме их четверка оттаскивала Сирила от молоденьких мальчиков.
— Только не говори, что он… Кит развернулся к нему.
— Не смей произносить этого! — прошипел он. — И не смотри на меня так! — Кит закипел от ярости, дыхание стало прерывистым. — Я пробыл в плену пять лет после вашего побега. Пять лет! И не вам судить меня за то, на что я пошел ради свободы. Ты и твое хваленое Братство так и не вернулись за нами. Никогда. Вам было некогда, вы дарили свободу другим. Не думай, мы все знали, наши тюремщики находили дьявольское удовольствие в том, чтобы сообщать нам о каждом рейде вашего Братства. Вы спасали кого угодно, только не нас. Мы устали ждать, но вы так и не вернулись за нами.