Непредвиденная задержка с завершением дела, — никак не успеваю на Рождество.
Прости.
Эмили.
Алессандро выместил раздражение на рабочем столе, так крепко стукнув по нему кулаком, что вздрогнул от неожиданной боли.
Он выбрал электронную почту в качестве связи, чтобы дать передышку им обоим. Голос в трубке может многое сказать… многое выдать. В письме выражаешься кратко и по делу. Там нет места эмоциям.
Кляня себя за то, что впутал чувства в это дело, Алессандро отстучал на клавиатуре:
В чем проблема?
Сидя в своем кабинете, окруженная бумагами, Эмили подперла подбородок рукой и смотрела на экран. Ей было плохо и от раннего токсикоза, и от заботы о клиентах.
Она привычным движением коснулась имени Алессандро на мониторе, словно это могло дать ей немного уверенности и спокойствия. Даже если он ждет на другом конце линии, ее ответа — он далеко, и она не знает где. От этой мысли становилось особенно одиноко. В такие минуты Эмили казалась себе слабой и беззащитной.
— Не могу оставить своих клиентов в подобной передряге. Надо попытаться помочь. Надеюсь, ты хорошо проведешь Рождество, Алессандро, — передай мои извинения отцу.
Эмили.
Издав рычание, достойное разъяренного тигра, Алессандро ответил:
— Обязательно — отец в Южной Африке, ухаживает за розами — сдает дела.
Алессандро.
Эмили махала одной рукой на прощание счастливой пожилой паре, а другой сжимала бутылку шампанского, которое они, несмотря на ее протесты, купили для нее. Конечно, пить она в своем положении не будет, но этот жест словно ставил точку в полосе бед и неудач и, что ни говори, был подтверждением ее мастерства.
А шампанское она принесет на рождественскую вечеринку у родителей.
Дождавшись, когда старики, рука об руку, скрылись за поворотом, Эмили повернулась и поняла, что первое письмо сегодня она пошлет Алессандро.
Есть вопросы, которые рано или поздно придется решать.
Я собираюсь провести праздники в маленькой деревне под названием Лех, это в Алъберге, в Австрии. Я хотел бы, чтобы ты поехала со мной.
Сердце у Эмили подпрыгнуло, когда она прочитала это приглашение. Но она тут же нахмурилась — уже обещала прийти на знаменитый рождественский ужин своей матери.
— Конечно, ты должна поехать с Алессандро, — заявила Миранда, когда Эмили позвонила сестре и поделилась своей проблемой. — Ты ведь не думаешь, что мама будет насильно удерживать тебя в Англии, когда имеется хоть малейший шанс вашего воссоединения с Алессандро?
— Нет, но…
— Что?
— Я еще не сказала ему, — озабоченно проговорила Эмили, проводя рукой по плоскому животу.
— И ты собираешься ждать, пока он сам не увидит?
— Не знаю. Я..
— Слушай, Эмили, — в голосе Миранды послышалось нетерпение, — мне пора на репетицию. Из нас двоих ты всегда знаешь, что надо делать, и теперь тоже. Ты прислушиваешься к чувствам вместо голоса разума.
— Тебя это удивляет?
— Что ты позволила ситуации зайти так далеко? Да, конечно, Алессандро был с тобой не до конца откровенен. Смирись с этим фактом. Но теперь ты поступаешь в точности, как он.
— Пожалуйста, не сердись на меня. Ты знаешь, я его уже простила. Но он даже не дал мне возможности объяснить…
Вздох Миранды прервал ее фразу:
— Я не сержусь на тебя, Эмили. Я просто беспокоюсь — за тебя и Алессандро. Ну, скажи, что поедешь с ним.
— Я не могу поехать в Лех и изобразить, что только там поняла, что беременна.
— Не можешь, — согласилась Миранда. — Тогда, может, мне…
— Нет! И не смей, — предупредила Эмили. — С этим я должна разобраться сама.
— Обещаешь?
— Я когда-нибудь подводила тебя?
— Случай чертовски подходящий, чтобы сделать это в первый раз, — заявила Миранда.
Эмили почувствовала, как тревога сестры прямо-таки просачивается в трубку.
— Я не подведу тебя, Миранда. Обещаю.
Эмили выяснила, почему Алессандро выбрал Лех в качестве места зимнего отдыха: тамошние жители так привыкли к высокопоставленным персонам, что еще один принц, приехавший, чтобы покататься на лыжах, не вызвал бы у них ни малейшего интереса. Что ж, любой вид анонимности лучше, чем никакой.
Собрать чемодан, потом заказать билет…
Эмили услышала звук дверного звонка. Она никого не ждала в гости и даже не переоделась после очередной встречи с клиентами — только скинула туфли на высоких каблуках. Посмотревшись в зеркало, она сделала серьезное лицо и тщетно попыталась уложить волосы в пучок на затылке. Потом подошла к двери, открыла ее и… открыла рот.