Григорий обнял меня, зарывшись носом в волосы. И я была рада его возвращению. Здесь человека роднее пока у меня не было. Даже одно то, что он не оставил меня (хотя по сути, мою предшественницу) на растерзание озверевшему мужу, выходил, окружил заботой и искренней любовью. Он был хорошим человеком. Жаль, что князь неисправимо женат. Разводов в империи не было.
- Пойдём, - я легонько отодвинулась от мужчины, - скоро подадут обед, а тебе надо умыться с дороги.
Под приветствия дворни, мы прошли в дом. Слуги любили своего господина. Князь был справедлив, зря никого не обижал. И хоть спрашивал строго, но и на благодарность не скупился.
Пока Григорий приводил себя в порядок, я ушла в свою комнату переодеться. Серое домашнее платье сменила на зелёное, под цвет глаз. По подолу и рукавам наряда шла вышивка оттенка старого золота, не броско, но очень эффектно. Горничная уложила мои волосы, собрав в высокую причёску.
Закончив с туалетом, прошла к спальне князя, коротко постучав:
- Григорий, - заглянула внутрь, - к тебе можно?
- Голубка, - ласково улыбнулся мужчина, - проходи, я почти одет. О! – Князь с восхищением оглядел мой наряд, - ты сегодня великолепна, - он притянул меня ближе к себе, поцеловав в плечо, - я хочу сообщить тебе кое-что важное.
- Что-то случилось? – Тревога закралась в душу, и мой маг сразу считал это.
- Только не переживай, милая, новости отличные. Но, обо всём по порядку. А пока идём обедать.
Мы прошли в столовую.
- Я бы с большим удовольствием поел в спальне, - улыбнулся князь, - этот официоз утомил меня в Петербурге.
- Все хотели услужить тебе, смотри какая сервировка.
На столе, уставленном серебряными приборами, красовались маленькие вазы с живыми цветами. И где только умудрились их раздобыть в начале марта.
- Приятно вернуться домой, - улыбнулся Григорий, - эти две недели чувствовал себя словно не в своей тарелке. И страшно скучал…
- Я тоже скучала, но провела время с пользой.
- Вот как? И чем же ты занималась в моё отсутствие?
- Штудировала латынь, - рассмеялась.
Брови князя взлетели вверх:
- Похвальное рвение.
- Но ты обещал мне хорошие новости…
Григорий стал серьёзен:
- Сашенька, мы возвращаемся в столицу. Я уже нанял рабочих привести твой дом в порядок. Нашёл нового мажордома, тот позаботиться о достойной прислуге.
Кусок застрял у меня поперёк горла. Я боялась и не хотела переезжать в город. Что мне там делать? Ведь только начала осваиваться в новом мире. А как быть со знакомыми и роднёй? Мне казалось, что можно задержаться здесь до осени, до следующего бального сезона. А теперь… Как же быть?
Я закашлялась так, что князь, перепугавшись, подскочил ко мне:
- Сашенька! Что с тобой?! – он с силой хлопнул меня по спине. Проклятый кусок, наконец, продолжил путь к желудку, а я смогла отдышаться.
- Гришенька, я могу ещё остаться здесь?
- Боишься, милая? Но чего? Не переживай, мой ангел. Все думают, что зиму ты провела на водах, поправляя здоровье. Списали на нервное потрясение после смерти мужа. Ни единая живая душа не ведает о том, что произошло в ту ночь. Кроме Его Величества.
- Ты же знаешь , я плохо помню последние дни (вернее, вовсе в этой действительности ничего не понимаю), меня сочтут за сумасшедшую, когда начнутся расспросы. Мне будет страшно даже выйти из дома.
Григорий присел рядом с моим стулом, заглянув в глаза:
- Милая, неужели думаешь, я поставлю тебя под удар? Послушай, волей Его Величества ты назначена фрейлиной невесты цесаревича. Принцесса должна прибыть в столицу в начале мая. Так что тебя ждут при дворе к апрелю.
- Волей императора или твоими стараниями? – Улыбнулась я князю.
- Одно не отменяет другого, - хитро прищурился он.
Ай да благодетель! Я же этикета не знаю. Реверанс или книксен видела только в фильмах. В поместье не обращали внимания на мои огрехи, а там на меня будут нацелены сотни глаз. Мама дорогая! Я с трудом взяла себя в руки, отгоняя волнующие мысли. Ни к чему Григорию знать о моих страхах.
- Послушай, но ведь фрейлиной может быть только незамужняя девушка (спасибо, мамочка, что когда-то прочла мне книгу о жизни при дворе)?