– Так, ещё немного, – подбадривал он меня, как маленькую, – скоро уже и придём, госпожа.
Дорога показалась мне бесконечной, с трудом волочила ноги, удерживая Павла. Когда увидела избушку, я села на землю и заплакала. Сказалось напряжение ночи.
– Что вы, – забеспокоился Василий, – пришли уже.
А я ревела, размазывая грязь и слёзы по лицу, громко всхлипывая и сморкаясь в сорванный лист. Наконец, нервы пришли в порядок. Правильно говорят, иногда для женщины плач – лучшее лекарство.
Успокоившись, зашла в избушку. Василий уже уложил Весю и цесаревича на лавки.
Я бросила плащ прямо на пол, рядом с Павлом и провалилась в сон или в обморок. Всё одно. Сил больше не осталось.
Глава 37
Растолкала меня очнувшаяся Веся:
– Госпожа, просыпайтесь.
Сонно щурясь, поднялась с пола, мышцы ныли так, что еле встала на ноги:
– Что случилось?
– Павел, – указала девушка на цесаревича, – он не приходит в сознание.
От отката в этот раз уберечься мне не удалось, кляня себя за слабость, подошла к мужчине. Он был без сознания, дыхание прерывистым, глаза закатились и под подрагивавшими веками виднелись только белки с лопнувшими венками.
– Что с ним? – Обернулась я к Весе.
– Странно. Магия теургов продолжает работать. Даже сейчас. Его сознание сопротивляется, однако…, – она развела руками, – я не знаю, как ему помочь. Лишь чувствую, что он на грани.
Василий Андреевич не раз ругал меня, что не занимаюсь магией целителей. Теперь все его слова сбылись. Рядом любимый человек, которому нужна помощь. А я… Ничего не могу.
Опустила голову на грудь принца, слушая его сердцебиение. Рваное, словно заполошное.
Ну уж нет. Сдаваться я тоже не собираюсь. Раз уж во мне есть толика магии целителей, надо пробовать.
– Веся, что ты знаешь о подобных случаях?
Та пожала плечами:
– Слишком странно. Словно магию теургов скрепили с заклинанием. Колдун может оказывать влияние лишь при контакте с человеком. Почему тогда действие продолжается? Не знаю, как быть в таких случаях. Могу лишь сказать, что чувствую сопротивление цесаревича. И оно будет недолгим.
– Он умрёт?! – Сердце зашлось от страха.
– Нет. Станет послушен чужой воле. Как кукла.
– Как ты это поняла?
– Понимаете, я чувствую магию и знаю, на что она направлена. Тут подчинение. Жёсткое.
Вот оно что. Сигизмунд не просто так взял принца в плен. И вся эта заварушка с землями преследовала лишь одну цель. Подчинить цесаревича. Хитро. Павел сядет на престол, а у короля Речи Посполитой в руках окажется послушная марионетка, владеющая огромной империей.
Не дождётесь.
Раз уж воздействие идёт на подсознание к целительской магии необходимо подключить и ментальную. С двумя направлениями сразу я не работала. Только сегодня выбора нет.
Я села на пол, рядом с Павлом. Успокоилась и потянула эфир, стараясь наполнить себя силой. Выходило не очень хорошо, откат ещё давал знать.
– Госпожа, я помогу вам, – сказала Веся, когда я открыла глаза, – направлю свою силу через вас.
– Тогда не будем медлить. С Павла надо снять артефакт. Иначе мне не добраться до сознания.
– Это невозможно. Амулет практически единственное, что помогает ему сопротивляться. Сделаем по-другому. Я ведь добиралась до чужих мыслей и с артефактами. Это как плетение паутины. Необязательно её рвать. Можно аккуратно отодвинуть.
– Всё поняла. Сможешь сделать так для меня?
– Попробуем.
Веся села рядом, положив одну руку мне на голову, другую на Павла.
– Следите за потоком моей силы.
Перешла на магическое зрение. От Веси потянулись нити, они осторожно обходили защиту. Я пустила следом свою силу, немного, чтобы не помешать работе девушки.
Шаг за шагом получалось проникнуть в сознание принца. Трудно описать мысли, чувства и волю человека. Словно призрачные коридоры, где за дверьми скрыты воспоминания, желания, эмоции.
У Павла же всё занимала странная бурая субстанция. Чужая воля выглядела именно так. Она пыталась заполонить собой подсознание, глубинные слои. И я физически ощущала сопротивление цесаревича.
– Мы справились. Дальше действуйте сами. Моя магия тождественна враждебной. Боюсь, могу навредить.
Веся положила руки мне на плечи, вливая чистую силу.
Ну-с, потёрла я мысленно ладони. Заклятие, значит. Чужеродное влияние и правда действовало словно по чужой указке. Мне в голову пришли слова Жадовского, что целитель может вылечить не только тело, но и душу.