– Ты магией владеешь, что ли? – перебил его Лоуренс.
Гизмо важно надулся:
– Любой гремлин может обратиться первородной породой, из которой вышли его предки.
– Вгоргулился… неплохо, – присвистнул Лоуренс.
– Это не так называется, – чуть ли не запищал Гизмо.
– Ты чего дергаться-то начал? – проигнорировал замечание Лоуренс.
– Вас услышал, – просто ответил гремлин.
– Понятно. Понятно, что ничего не понятно, – проговорил лавочник.
Снаружи раздалась серия хлопков. Лоуренс схватил сына выше локтя и наклонился к его уху:
– Я знаю, что это за звуки. Это – порталы, порталы ополчения, – шептал отец в ухо сыну. – Что бы ни спросили – не лги, у них всегда провант в отряде, ложь он сразу заметит.
Лоуренс оттащил ошарашенных Редрика и Гизмо вглубь помещения. Послышалось ржание коней, топот ног, ругань и командные выкрики.
В дверь влетели трое вооруженных людей в милицейской броне. Они остановились на входе. Центральный буравил взглядом Гизмо, пока остальные энергично осматривались.
На двоих были шлемы, напоминающие широкополые шляпы – айзенхуты, на третьем, что стоял по центру – бацинет с козырьком, но без забрала. В остальном они были одеты одинаково: бригантины с гербами империи и королевства и синим щитом ополчения в центре.
На наплечниках виднелись лычки, у центрального – капральские, у двух остальных – рядовые. На руках – краги с налокотниками и кожаные перчатки с шипами на костяшках. На ногах – окованные сапоги с шипованными носами.
«Идеально для выбивания дури из уличной шпаны», – подумал Редрик.
Под броней – стеганые серые поддоспешники и легкая тканевая одежда синевато-серого цвета: просторные брюки и безрукавки. Рядовые сжимали в руках по лучевой аркебузе со штыком, сержант держал ладонь на рукояти палаша с закрытой гардой. На поясах у бойцов висели окованные дубинки, а у капрала еще и пистоль.
Это были относительно молодые люди, крепкие и крупные. Рядовые были похожи, будто близнецы, и имели широкие и ушастые стереотипные лица сельских жителей.
У капрала же было худое скуластое лицо с парой мелких шрамов на левой щеке. Из-под подшлемников у рядовых бойцов выбивались русые волосы, что выдавало в них уроженцев центральных регионов королевства.
Капрал отвел взгляд от гремлина и оглядел людей. Затем спросил:
– В здании есть еще кто-либо? – у него был звучный, высоковатый голос.
– Нет, только мы четверо, – энергично замотал головой Лоуренс, затем бросил взгляд на дверь в лавку. – Еще мертвец в помещении магазина.
Капрал проследил за взглядом Лоуренса и недовольно сощурился.
– Ясно, вы – гражданские, отойдите, – указал он рукой на стену с окном, у которого сидела Валенсия. – Бруно, оставайся тут. Рори, за мной.
Капрал и рядовой Рори быстро перешли из гостиницы в лавку. Пару минут там провозившись, капрал приказал Рори охранять помещение магазина, а сам вышел, держа в руке белую книжку и тихо ругаясь.
Проводив взглядом капрала, рядовой Бруно посмотрел на работников кампуса. Не заметив ничего опасного, он, пожав плечами, позвал Рори:
– Братуха, ты чуешь?
– Чую, твои потные портянки я их аж сюда чую, – отозвался Рори, высовывая голову из двери.
– Та ты не шуткуй, трупак же в доме, нас же мама вчила, что так не гоже.
«И правда – братья», – подумал Ред.
– Та, то я от нервов. Только вернулись с дома, вроде увал еще, а тут бац – трупы, порталы, странники-говяники.
Услышав последнее словосочетание Бруно побледнел.
– Тише будь, репоголовый, он же может быть где угодно, – зашикал он на брата.
– Та байки то все, я его всего раза два видел. И оба раза сидел он как нормальный людь в шинке, даже культурно пил.
– Так я ж с тобой был в тех патрулях.
– Ну дык тем более, чего кипишуешь, братка?
– Ладно. А что за мертвяк? – спросил Бруно, сделав полшага вперед.
– Не знаю, Гоббс только матюгался, но дядька здоровый, как бугай, и какой-то знакомый, – сказал Рори почесав над бровью.
– В смысле? – переспросил Бруно.
– Та не знаю, увидел и сразу что-то начало гудеть в башке. Но кто – непонятно, – братья притихли и задумались.
– Это был купец, из вольных – Симон... Луковица, – решившись сказал Ред. Лоуренс пошевелил рукой, будто хотел одернуть его, но похоже передумал.
– Это кто? – переспросил Рори. Но тут Бруно с лязгом, чуть было не сбив с головы шлем, врезал себе ладонью по лбу.