Дерево было старым и большим, с разделяющимся надвое стволом. На персике был подвешен гамак. Его отец часто там отдыхал, даже бывало спал летом, но всегда возвращался без единого укуса.
Запах этих цветов отгонял насекомых. Старое воспоминание, давно забытое. На том месте теперь пустырь. Кто же посадил эти цветы?
В раздумьях парень двигался по наитию. Далила приостановилась, открыть дверь, и Редрик на нее налетел. Его рука оказалась на талии девушки.
– Полегче, здоровяк. Сегодня только стрижка, – девушка повернулась, но увидев смотрящего туманным взглядом, поверх ее головы Редрика, попыталась его оттолкнуть. Парень был тяжелым, у нее ничего не вышло.
– Прости, я задумался, – помотал головой Редрик, не обратив внимания на потуги девушки.
Стоя так близко, он прикинул ее рост. На добрую голову ниже его. Он сделал шаг назад.
– О чем мечтал?
– О кустах гвоздики, персиках и о летних деньках в месте, которого давно нет, – честно ответил парень. Девушка прыснула.
– Может, ты мне еще стишок расскажешь?
– Я знаю только детскую считалочку про Странника, но уже староват, чтоб без опаски ее напеть.
– Иди ты, дедуля, – маленький кулачок толкнул Реда в плечо.
Он ничего не почувствовал. Сейчас парень был очень сильно не рад блокаде. Ребята зашли в предбанник. Ред поставил табурет и опустился на него. Глянув вниз, он понял, что все время щеголял с голым торсом. Ну и ладно, стесняться нечего, раз никто не жалуется.
– Как же тебя стричь? – спросила девушка, начав расчесывать непослушную бурую поросль на голове Редрика.
– А есть варианты?
– Есть. Я ответственна за детей Путников. Постоянно стригу их, купаю по возможности.
– Что, после стрижки искупаешь меня?
– Ты же говорил, что староват, – хихикнула девушка.
– Прокол, – хлопнул парень себя по колену.
Зашел лавочник с ведрами, за ним Гизмо. Они вошли в купальню, но вышел только Лоуренс.
– Как вашего сына стричь? Он ничего толкового не говорит, только шутки шутит.
– Как-как, чтоб на мужика был похож, и чтоб девкам нравился.
– Тогда побреем его, будет брутально, – хихикнула Далила.
– Полегче, зима же, – сказал Редрик. – Давай что-то аскетичное, но чтоб без выбриваний. Не люблю этого.
– Заказ принят, – сказала девушка, зачесав назад волосы парня.
Лоуренс постоянно мелькал туда-сюда, и Редрик никак не мог завязать разговор. В воздухе раздавалось поклацывание ножниц, скрип двери и гиканье раскрасневшегося, постепенно сбрасывающего верхнюю одежду, по примеру сына, лавочника. Редрик снова отдался мыслям.
Обычно его стригла Валенсия, и на таком контрасте разница была неимоверная. Гномиха постоянно мыла руки дегтярным мылом, а от рук девушки пахло цветами. Редрик понял, насколько сильными и грубыми были руки маленькой женщины. Валенсия без усилий крутила голову парня, как ей нужно, а ребристые от мозолей ладони даже бывало оставляли болевые ощущения.
У гномов имелась странная расовая особенность. Их профессия предопределялась по рождению, и различали это по цвету волос. У Валенсии были черные волосы. Она – шахтер. Ред не нашел слабых мест в этом выводе. По своим ощущениям, он мог уверенно заявить – раньше его стригла женщина, что сотню лет махала кайлом и грузила руду в вагонетки голыми руками.
Сейчас он чувствовал прикосновения маленьких ладошек, что хоть и были привычны к работе, но обходились с его головой с невероятной нежностью и осторожностью.
Похоже, Далила раньше и правда стригла только детей. Ее прикосновения были мимолетными и мягкими, она не оттягивала волосы и стригла медленно. По голове Редрика будто скакала маленькая птичка. Он закрыл глаза и не двигался, боясь ее спугнуть.
– Да сколько же в тебе дури?
– А, что?
– Расслабься, дай головой повертеть. Я же не вижу, ровно я стригу или нет. Наклонись, – жаловалась девушка, толкая парня в затылок.
Стало тихо. Отец Редрика доносил воду, пока парень думал.
– А сейчас о чем мечтал? – спросила девушка.
Редрик невольно глянул на свои руки. Они были еще страшнее и жестче, чем у гномихи. Он улыбнулся.
– О маленькой птичке. О черных волосах. О твоих мягких прикосновениях и нежности, что давно утратили мои руки, – тихо, одной гортанью засмеялся парень.
Далила медлила с ответом. Редрик хотел развернуться, но его больно ущипнули за ухо.
– Не надо так смущать девушек в день знакомства, – говорила она, дергая Реда за ухо. – У меня так рука соскочит, и я тебе ухо отрежу.
– Знавал я эльфа, которому Странник откусил ухо, и ничего – слышит нормально.