– Эс-сес-сес… – залопотал гремлин.
– Странник меня балует, – улыбнулся дракон, налив в пустую чашку маслянистую жидкость.
Помотав ее в посудине, он протянул чашку к морде Смоки. Тот понюхал, поморщился и плюнул туда. Черная жижа загорелась. Зарделся румянцем и Редрик. Ему стало смертельно стыдно за манеры своего друга. Но Каднификар, лишь благодарно кивнув, залпом опрокинул странный напиток.
– Вкус детства, – жирное лицо расплылось в блаженстве, словно у кота, укравшего крынку сметаны. Тонкие усы горели синим пламенем, дракон утер их и налил себе снова.
– Почему вы назвали нас обреченными? – Редрика сбила с толку странная сцена, он тут же стал корить себя за новый необдуманный вопрос.
Каднификар перевел взгляд на Лоуренса, тот занервничал. Снова посмотрел на Редрика. Закрыл глаза. Огромное брюхо дернулось. Из толстой шеи вырвались глубокие звуки.
– Ге-ро-ро-ро-ро-ро-ро, г-хе, г-хе-ро-ро-ро… – жирные телеса, ставшие каскадом подбородков, тряслись в такт смеху дракона. Затем он навалился на стол. – Вы все обречены с рождения, или вам то не ведомо? И это уже от вас не зависит, и винить стоит по большей части его, – он указал на угловатый шлем в окне. – Нашего пленителя и правителя.
Герольд подлетел чуть ближе. Зависнув в воздухе, он сделал едва уловимое движение. Редрик готов был поклясться, что были бы под шлемом плечи, смотрящий бы ими пожал.
– И входите вы тоже без спросу, – повторное движение от шлема, которого не заботило соблюдение манер.
– А… – начал было Редрик, но его остановил пинок отца.
– Два вопроса, – прошипел он сквозь зубы.
– Простите мое невежество, я благодарен за те ответы, что получил, – склонил голову парень.
– Не берите в голову, юноша, – отмахнулся Каднификар, опрокидывая еще стакан черной жижи. На этот раз он пил не поджигая. – Ох, настоялась же. И на какой глубине он ее нашел. Нужно закусывать.
Дракон встал из-за стола и откинул другой половой ковер. Под ним находился люк. Потянув за ручку, он открыл его. Петли хорошо смазаны. Хозяин засунул руку в отверстие, загремела цепь. Через секунду взгляду Редрика показался крюк с нанизанным куском замороженного мяса. Довольно крупный кусок, жилистый и жирный.
– Задняя часть – такое себе, – разглядывал кусок дракон. – Как же мне надоело готовить…
– Я-я… – вскочил со своего места Гизмо.
– Что, маленький собрат, хочешь мне помочь?
– Аг-да-да, – яростно закивал головой гремлин.
– Сделай одолжение, – дракон протянул мясо своему главному поклоннику.
Тот выхватил замерзший кусок и, прижав тот к груди, словно мать младенца, выбежал на улицу. Смоки недовольно ржанул. Похоже, гремлин потянул того за хвост.
– Давай помогай, я тебе скормлю свою следующую зарплату. По-мо-гай, – донеслось с улицы.
Конь убрал голову из окна. Лоуренс усмехнулся. Дракон взял чашку с кофе гремлина и вылил себе на живот. За окном чередовались оранжевые и синие вспышки.
Не прошло и пары минут, как гремлин внес зажаренный в уголь кусок мяса, что уже не просто пах дымком, а рассыпался в руках.
– Вот, – выдавил гремлин.
– А ты – молодец. Замечательная прожарка и мой любимый цвет.
Дракон принял подношение и невероятно быстро, ломая руками и не пережевывая, отправил угощение в необъятное брюхо. Это заняло всего пару секунд.
– Слабый огонь придает мясу особую текстуру. Я скучаю по тем временам, когда наши народы жили вместе.
Каднификар задумчиво выковыривал мизинцем застрявшие между зубов куски гари. Зубы были черными и острыми.
– Ра-ра-рад ст-стараться, – похоже, Гизмо постепенно начал брать себя в руки.
– Что я могу сделать для тебя, маленький собрат? Чего ты хочешь взамен своих трудов?
После слов дракона выпученные глаза гремлина забегали по обстановке «логова». Его взгляд остановился на бутылке. По его виду можно было сказать, что он сам испугался своей мысли.
– Ни-не-не, – Гизмо снова утратил самообладание.
– Хочешь выпить со мной? – дракон потряс бутылкой, затем снова наполнил стакан. – Или же… – его взгляд стал по-отечески теплым. – … хочешь стать чем-то большим?
Гремлин захлопал ушами так, что чуть не взлетел, из его глаз повалил пар. Запах испарений напоминал ацетон. Трясущимися руками он достал из-за пазухи сверток. Развернул ткань. Ред узнал ту самую странную друзу, что гремлин таскал с собой с того дня, как парень встретил дочь Бенджамина Сайдера.
– Да, я был уверен, что это именно тот запах, – дракон принял из рук гремлина изогнутый кристалл. – Такая хрупкая, эта девушка – нежна, словно тлеющая лучина, – он подошел к восточному окну. Рассмотрел предмет на свет. – Столько теплых линий, и каждая напоминает тебя. Она ждала тебя. Но в ней нет твоего запаха, – Гизмо упал на пол, закрыв лицо руками. – Да, я вижу крупный сгусток питательного сока. Прозрачный, но переливается всеми оттенками пламени. Та, что дала тебе его – поистине прекрасное любящее создание.