Ни один маг не сможет пробиться через такую защиту… но четыре сотни лучших волшебников…
Все небо вокруг изрезали такие же зеленые энергетические сгустки. В сотне мест заклятья вгрызались в защитные оболочки города. Изумрудная магия все еще вонзалась в щиты, когда Перегрин пролетел в проделанную Джосайей брешь.
Внизу промелькнули острые шипы. С каждым взмахом крыльев Перегрина на них летели капли воды. Грифон перемахнул через крепостной вал и скользнул в долгий, низкий полет над городом.
Город, некогда прекрасный – с белыми шпилями, куполами в форме луковиц, крышами из красной черепицы, воздушными арками мостов, узорными садами и улицами, вымощенными чем-то, напоминающим серебряные кирпичи – город был разбит и разрушен тем самым штормом, который его прятал. Вдоль горизонта на колоннах пылали огни. Тут и там виднелись поваленные ветром деревья. Внезапный крен и вращение города валили все, что оказалось не закреплено веревками или магией. Город затопило водой, струившейся в ту сторону, куда кренилась скала. Жители в беспорядке метались от одних руин к другим, сбиваемые яростными волнами.
Я удивлен, что после всех этих бедствий лаодагмцы не покинули бурю, заметил Перегрин.
От нас их ждет еще худшее, отозвался Джосая.
Маг использовал еще пару заклинаний, на этот раз с помощью жезлов. Рой фиолетовых искр образовался над головой Перегрина. Мгновение искры кружились на месте, как будто ожидая указаний, а затем рванулись вперед. Вспыхнув в полете над городом, они пробили белую, как кость, стену башни. Окна осветились оранжевым светом, усилившимся затем до белого. Раздался жужжащий свист, который, нарастая, превратился в пронзительный визг. Стены треснули, как стекло, и башня величественно начала рушиться.
Последние обломки еще не достигли поверхности, когда огненный шар из второго жезла Джосайи ударился о черепичную крышу и поджег карниз. Затем маг выбросил руку, будто схватив что-то. Под ними из воздуха появилась гигантская ладонь и схватилась за пешеходный мостик. Кулак сжался. Камни и известь посыпались в расселину.
Вокруг повсюду гремели другие атаки. Грифоны облепили город. На крытые здания, поджигая их, падали огненные сети. Призванные ветра и направленные дожди сносили строения из мрамора и известняка. Волшебные молнии струились из дюжин жезлов. Там, где они попали в тех, кто воображал себя защитниками, в небо поднимались клубы серого дыма, а на землю сыпались обуглившиеся кости. Те же, кто бежал по улицам, падали, задыхаясь в перистых облаках ядовитого газа.
Но погибли пока еще далеко не все лаодагмцы. Из башен, бойниц и переулков отвечали огнем. Огненные шары, бури из стрел, взрывы, смерчи, механические существа, молнии, призраки, даже несколько щуплых грифонов в небе. Когда Перегрин пролетал над задранным шипом, воздух впереди вспыхнул, раздался хлопок, как будто от разорвавшегося фейерверка.
Прекрасно, в самом деле, бесстрастно прокомментировал Перегрин, пока Джосая бросал пылающие снаряды волшебной силы. Интересно, для нас или для них сегодняшний день станет праздником фейерверков…
Вверх! донесся в ответ отчаянный зов Джосаи. Вверх! Вверх!
И Перегрин увидел причину этого зова. Над главным зданием Лаоды вращались широкие, острые лопасти воздушной мельницы. Она раскрошит их в фарш.
Перегрин расправил крылья, чтобы свернуть. И в тот же момент с улицы проревел огненный шар, разорвавшийся прямо перед птицей-львом. Тот отдернулся от взрыва, возвращаясь на первоначальный курс. Лопасти мельницы были всего в миге от них.
Перегрин моргнул. Лопасти, казалось, останавливались. Можно попробовать проскользнуть… и надеяться, что защита Джосаи выдержит.
Он скользнул к мельнице. Джосая закричал. Глаза грифона распахнулись.
Лопасть промчалась прямо перед его клювом, так близко, что её кончик оцарапал ноздрю. Сжавшись всем телом, грифон рванулся в открывшееся пространство. Следующая лопасть задела заднюю лапу. Она проскрежетала по магическому щиту и неглубоко резанула его золотистую шкуру. Щит устоял, но столкновение отшвырнуло грифона и его наездника в сторону. Рядом просвистела еще один лопасть.