Когда варг издох, вой прекратился. Его безвольное тело свисало из когтей Таммселя, на подобии того, как недавно забитые коровы свисают с крюков для мяса.
Другие солдаты прикончили одного из оставшихся двух варгов, когда последний развернулся и решил прорваться в открытую дверь, ведущую в Крепость Зиирит.
- Эй, вы, - крикнул Пурдун, показывая на полдюжины солдат, стоявших не далеко от двери, - за ним!
Однако его приказ утонул в рычании ещё пяти варгов, перемахнувших через стену. Двое воинов, не успевших среагировать, были порваны на куски этим безумствующим штормом зубов и когтей.
Пурдун осмотрел площадь. Они не могли сдвинуться с мёртвой точки. Гоблины продолжат перепрыгивать через стену и в конце концов ещё больше монстров прорвётся в открытую заднюю дверь. У них не было весомой причины удерживать эту часть крепости, так что оставаться здесь было просто глупо.
- Отступить! – приказал он. – Все в крепость! Мы оставляем площадь.
Воины сделали так, как им приказали, вышли из боя с гоблинами-наездниками и бегом устремились к тяжёлым дверям Крепости Зиирит. Пурдун Бостронг и Таммсель заняли место в арьергарде, прикрывая отступление. Они стояли плечом к плечу и сражаясь медленно отступали назад, пока варги и их наездники напирали, пытаясь прорваться внутрь.
- Теперь наш черёд бежать внутрь! – сказал Пурдун и устремился к двери.
Эльф и полу-дракон последовали за ним, в ожидающие их двери. Гоблины-наездники преследовали их по пятам.
Среди воинов раздался крик:
- Закрывайте!
Солдаты навалились, но дверь двигалась медленно. Тяжёлая деревянная дверь, окованная металлом была спроектирована так, чтобы её было тяжело открыть, но как итог, она имела и побочный эффект – её было также тяжело закрыть. Старые металлические петли скрипя ворчали, пока она закрывалась, а варги просовывали в щель свои когти и зубастые пасти, чтобы схватить хоть что-нибудь, до чего им удастся дотянуться.
Рвущихся внутрь бестий и их наездников отгоняли мечами. Когда один из нападавших отступал, другой тут же занимал его место, не давая двери полностью закрыться.
- Упритесь в неё спинами! – крикнул Пурдун. Он присел и со всей силы уперся плечами в тяжёлую, деревянную, окованную железом дверь.
Дверь поддалась, двигаясь на варгов. Бестии рычали, терзая её зубами и когтями.
Их всадники тыкали в проём свои мечи, создавая дополнительное препятствие.
- Все вместе! – крикнул Таммсель. – Раз, два, три – взяли!
Все, кто не мог дотянуться до двери руками, упирались в неё оружием. Клинки в проеме скрестились, глаза, на сдавленных мордах варгов, выдавливались, зубы вываливались, лапы разрывались на клочки. Коллективное усилие солдат отбросило бестий назад и последние несколько дюймов проёма поддались.
-Толкайте!
Воины стонали от напряжения, толкая изо всех сил и дверь, наконец, захлопнулась.
Звук тяжёлой запорной балки, вставляемой на своё место, был для Пурдуна сродни камню, упавшему с сердца. Он глубоко вздохнул. Ощущение того, что можно отдохнуть, облокотившись на жесткую, старую древесину массивной двери было приятным. Но впереди всё ещё маячила битва, а внутри его дома всё ещё бегал варг.
Оттолкнувшись от двери, он направился внутрь крепости.
- Половина из вас останется здесь. Остальные, за мной.
Он сделал рукой знак следовать за собой, и отправился в путь, прихватив с собой Бостронга, Таммселя, и горстку солдат.
Двигаясь вдоль каменного коридора, воины по одному отделялись, проверяя комнаты, мимо которых проходили и вновь примыкали к группе. Обыск всех казарменных помещений не занял у них много времени и они перешли в другое крыло.
Достигнув входа в следующую часть крепости, они нашли то, что искали.
Варг стоял загнанный в угол в одной из бывших столовых комнат, рыча на пол дюжины копейщиков, поставивших его в такое положение. Большой стол в центре был перевёрнут и на полу валялись осколки тарелок. Гоблин-наездник спешился и стоял рядом с варгом, безумно размахивая своим коротким мечом.
Один из копейщиков медленно приблизился к паре, принуждая упереться в стену. Когда варг осознал, что зажат в угол, он запаниковал и прыгнул на ближайшего солдата. Как результат , его вспороли от горла до брюха стальным наконечником.
Видя печальную судьбу своего верхового животного, гоблин попытался скрыться под перевёрнутым столом. Он отчаянно вцеплялся когтями в обрывки скатерти и обломки стола, но спрятаться было негде и он тоже получил полный живот стали.