Лесная эльфийка кивнула и повернулась к своим товарищам:
- Вы идите вперёд. Вам тут смотреть не на что.
Эльфы молча переглянулись. Наконец, капитан Кориантил коснулся кулаком сначала своего лба, а потом своего сердца – жестом почтения к эльфийским владыкам. Затем трое защитников лесных эльфов – капитан из Эвермита, воин из Салдаска и литари – исчезли в сияющем портале.
- У меня есть заклинания, которые свяжут духи убитых тобой людей так, что они не смогут опознать убийцу, - сказал Элайт. – Эти чары налагать проще, если делать это над их трупами. Я знаю заклинание, которое замаскирует убийцу, но оно не из приятных.
Ферит нетерпеливо пожала плечами:
- Давай уже.
- Мне потребуется кровь.
Эльфийка даже не посмотрела на залитый кровью лагерь. Она выставила своё предплечье, готовая к укусу ножа.
- Это некромантия, - предупредил Элайт.
- Ясно.
- Кто-то сочтёт такую магию злом.
Улыбка Ферит была одновременно и грустной и страшной:
- Я думаю, мы оба уже зашли слишком далеко, чтобы иметь подобные колебания. Если что-то должно быть сделано - сделай это.
Это было его судьбой, поэтому Элайт так и поступил.
ИЗМЕНЧИВЫЕ ВОЛНЫ
Мел Одом
Флеймрул, Год Рукавицы (1369 согласно Летоисчислению Долин)
- А я всё же говорю, что ты будешь дураком, если пойдешь туда в этот шторм, Ритагир! Уж лучше остаться не корабле, где ты будешь в безопасности, когда эта буря обрушится на нас! Эти обломки корабля валяются там сотни лет! Они подождут ещё немного!
- Верно подмечено, капитан, - ответил Ритагир Волак, глядя на вздымающиеся волны Моря Упавших Звёзд. В его ответе не было ни отрицания, ни участия. Потребовался год, чтобы всё зашло так далеко. – А если бы тот корабль с сокровищами соблаговолил самостоятельно всплыть со дна морского и причалить у нас в порту, жизнь была бы ещё более удобной, разве нет?
Капитан Забан нахмурился:
- Ты даже не знаешь, там ли Нос Пейлама или нет! – ответил он, пытаясь перекричать ветер.
Ритагир поднял руку заслоняясь он ветра и льющего дожля:
- Вы наверняка правы, капитан. Лучше бы нам дождаться более благоприятного дня.
Капитан корабля был широким и коренастым мужчиной в скромной рубашке и таком же плаще. Его штаны и ботинки видели лучшие дни. Сбоку висела тяжёлая абордажная сабля. Его черные, уже тронутые сединой волосы были убраны назад и собраны в косичку. Его курчавая чёрная борода была присыпана сединой ещё больше. Годы не пощадили Забана, но по крайней мере у него сохранились родные конечности. Для человека, который всю жизнь бороздил Море Упавших Звёзд и много сражался с пиратами, это было существенным достижением.
- Я не это имел в виду, - Забан погрузил свои пальцы в бороду. Его широкая шляпа затеняла его скуластое лицо, а тёмные штормовые облака наверху ещё больше скрывали его черты. - Те книги, которые ты откопал… ведь наверняка есть другие умники, которые могли расшифровать их, верно?
- Любой, кто умеет читать и кто найдёт время взглянуть, капитан, - ответил Ритагир. Ему нравилось играть на терзающем капитана чувстве противоречия между жадность и беспокойством.
Экипаж корабля – разношерстное сборище морских волков, которые в течение многих лет видели грубые ласки моря без каких-бы то ни было намёков на удачу – теперь с тревогой и голодными глазами внимали их разговору.
- Итак, - сказал Забан, - может так статься, что мы тут попусту тратим время. – Он сделал паузу прежде, чем закончить высказывание. – Если там вообще что-то есть.
Ритагир ухмыльнулся:
- Есть лишь один способ проверить.
Он посмотрел за борт корабля. Лазурная Пустельга была из тех когов, чьё имя им льстило. Корабль был так назван из-за своих светло голубых парусов. Зацепившись за морское дно, корабль стоял на якоре.
Если верить квартермейстеру, то до дна была сотня и ещё с десяток футов. Нос Пейлама должен был быть где-то тех окрестностях.
«Если те расчёты течений, основанные на найденных картах верны, - напомнил себе Ритагир». Морские течения, а в особенности прикрытые налётом двухста семидесяти восьми лет, плохо поддавались вычислениям.
Ритагир был мужчиной среднего роста с широкими плечами. Годы плавания и ныряния в реках и океанах, а также спасения утопающих покрыли его бронзовые от загара руки и ноги тугими мышцами. На нём был хороший кожаный доспех, а у бедра висел длинный меч. За голенищами его достающих до колена сапог располагалось два ножа. Свои золотисто жёлтые волосы он предпочитал стричь коротко, чтобы они не свисали.