Сидевший ближе к центру стола человек – явно не лишённый власти – поднялся. Когда он заговорил, остальные нехотя смолкли.
- Ну же, друзья! Да пребудет среди нас мир! Отметите прочь разделяющие нас различия – и тогда вместе, словно единая сила, мы сможем противостоять ужасному врагу, не забывая увеличивать наше общее богатство и власть! – он поднял стакан. – Выпьем! Выпьем за успех в переговорах. И пусть ни одна сторона не останется в проигрыше.
Смущённо заскрежетали отодвигаемые стулья, и представители обеих упомянутых сторон без особого энтузиазма подняли бокалы. И снова разговоры за этим столом слились с обычным шумом остальных досужих пересудов.
Аварилус слушал спор и его развязку с кажущимся безразличием. Двое мужчин за его столом сначала показались ему такими же незаинтересованными. Но стоило ему рассмотреть их получше, как торговец понял, что это не так.
Когда Криилан пошёл к барной стойке, проходя, он что-то сказал одному из доуганцев. Когда Шпиельт, с прикрытым цветным шарфом глазом, проходил мимо делегации, он будто споткнулся и прошептал что-то кёнигхаймцам. Их группа сжалась в плотный круг за большим столом, голоса притихли, и летними молниями проскакивали между ними подозрительные взгляды.
Аварилус наблюдал за всем этим с растущим интересом, ожидая искры, из которой разгорелся бы открытый конфликт. Она не заставила себя долго ждать.
Криилан откинулся на стуле и потянулся. Аварилус увидел, как тот дёрнул запястьем, кинув маленький камушек, так точно, что он угодил прямо в полную кружку эля на стороне кёнигхаймцев. Один из них, огромный и темноволосый, с белой кожей и сложением ффолка, тут же вскочил на ноги, разразившись проклятиями. А затем злобно обернулся к сидевшему напротив него доуганцу.
- Неуклюжий идиот! Следи за собой!
- Грязный работорговец, - теперь и доуганец был на ногах. – Будь ты проклят королём-магом!
Вместо ответа работорговец схватил свой стул и опустил прямо на голову соперника. Остальные обитатели питейной поднялись с мест – и заварушка началась.
Аварилус забился поглубже в свой уголок, пытаясь избежать летящей мебели и осколков разбитого стекла. Он видел, что сидящая справа парочка наблюдает за дракой с нескрываемым удовлетворением. Побоище сопровождалось сломанными стульями и столами. Свистели кулаки. Бились бутылки. Запах разлитого эля едва не сбивал с ног. А потом, когда один из бойцов вывалился в закуток, в котором стоял торговец, того выдернуло прямо в эпицентр битвы.
Он обнаружил себя уворачивающимся от бесчисленных ударов, замахов и летающих кружек. Краем глаза он заметил, что Шпиельт и Криилан присоединились к потасовке. Купец пробрался в центр двора, сейчас забитый дёргающимися телами – большинство из которых прижало весом других тел. Затем, когда драка стала особенно жестокой, толпа отхлынула, оставив плавающего в водах фонтана лицом вниз человека. Багровое пятно жутким гало расплывалось вокруг его головы.
- Убийство! – возопили сотни глоток. Толпа высыпала на улицу, и через пять минут в таверне, кроме владельца, остались только двое мужчин из-за стола Аварилуса, он сам, и мертвец. Секунду спустя хозяин и его банда помощников выбрались из-за барной стойки и выстроились рядком перед дверью. Аварилус отошёл обратно в свой угол, наблюдая поблёскивающими, внимательными глазами.
Двое выпивох последовали бы за остальным народом, если бы дорогу им не преградил сам владелец, яростно на них накинувшийся.
- Идиоты! Что вы натворили? Эта драка точно приведёт сюда стражу! – его голос закончился писком, когда Шпиельт схватил его за горло и одной рукой прижал к стене, другой же вытащив из-под одежды кривой клинок. Его дружок мрачно уставился на приспешников толстяка, когда те бросились было вперёд.
- Отзови своих псов, - прорычал он, - если конечно, не хочешь окончить вечер трупом.
Хозяин таверны судорожно помахал рукой, и самый большой охранник, Сиркал, поспешно отступил. Его рука покоилась на мече, а глаза сулили смерть человеку со шрамом.