- Сам видишь, что он натворил. Уничтожил фасад школы, разметал крышу бакалейной лавки М’Грили, и как раз крушил остатки таверны «Пляшущий Рух», когда нам, наконец, удалось его свалить. Видимо, этот сорвиголова напрочь обезумел, или объелся мозговратных ягод.
Экхар, осматривавший разрушенные здания – а возможно, наоборот, полудюжину соседних, нетронутых – оживился после последнего комментария:
- Мозговратных, вот как? Или что, околдован? Почему ты считаешь, что был нездоров он?
Проведя рукой по коротко остриженным волосам, Джаг смирился с тем, что гном – как и головная боль – просто так никуда не денется.
- Что, кроме того факта, что мы всадили в него не меньше шести дюжин стрел, пока тот не сдох? Я никогда не видел, чтобы кто-то выдержал такой натиск, не моргнув и глазом. Однако самый главный признак – прямо перед тем, как он испустил дух, у него изо рта пошла пена.
Экхар постучал концом трубки о тонкие губы и приподнял одну бровь. «Упаси меня Тир, - подумал Джаг, - у него появилась теория».
- Безумный циклоп, конечно, ужасно, но всё ж не убийство – то вижу я ясно. Работы полно, Джаг, мешать я не буду. Но прежде позволь ознакомиться с трупом?
Констебль молча кивнул. Гном прислушался к голосу разума. Гном собирался уйти. Кто-то ответил на молитвы Джага.
Экхар низко поклонился, пожевал зубами трубку и целеустремлённо потопал к бездыханному телу циклопа. Там он довольно долго стоял, сцепив руки за спиной, и рассматривал десятки торчащих стрел. Отдельное внимание он уделил тем, что воткнулись в лицо и шею, особенно той, что торчала прямо из невидящего пустого глаза.
Возможно, всё это показалось бы Джагу Дуббиспейру интересным, даже занимательным, только вот ему всё ещё предстояла здесь куча всего. Он отозвал четырёх своих помощников в сторону, и те немедленно сгрудились вокруг него, когда констебль присел на корточки прямо посреди грязной улочки.
- Вы трое, обойдите каждый сарай, конюшню и ферму в городе, - ткнул он в троих новобранцев. Офицер знал, что лучше посылать их на задание всех вместе – появляется хоть какая-то гарантия того, что они сосредоточатся на выполнении. – Заберите каждую тягловую лошадь, каждого вола или мула в Минро и приведите к коновязи перед «Пляшущим Рухом». Заодно прихватите все мотки верёвок, которые найдёте. Убедитесь только, что они крепкие и длиной не меньше шести метров. Нужно вытащить этого циклопа из города, пока он тут всё не провонял.
Трое молоденьких парней выпрямились, отсалютовали, промямлив «так точно, сэр» по меньшей мере пять раз каждый, снова отсалютовали и поспешили в конюшню «Счастливая лошадка», постоянно спотыкаясь друг о друга.
- Ты – охраняй тело, - приказал констебль оставшемуся юноше. Того звали Риктус, и жил он на этом свете на несколько лет дольше, чем первая троица. Хоть парень и не был прирождённым бойцом, он многому научился за три года под крылом Джага. – Народ уже собирается поглазеть. Если этот монстр и правда был не в себе, я не хочу, чтобы любой желающий мог отрезать кусочек в качестве сувенира.
Риктус коротко отсалютовал и бодро побежал к своему посту. Этот может справиться с ответственностью, подумал Джаг, и это означало, что Пурпурные завербуют его при следующем визите. Эта работа никогда не станет проще, если он не найдёт способ заставить натренированных солдат оставаться. Но тем не менее понимание того, что всё снова под его контролем, облегчило пульсацию в голове констебля. Худшая часть дня точно закончилась. Теперь всё, о чём Джагу предстояло волноваться – чтобы никто не стал слишком уж безрассудным, поддавшись праздничной атмосфере, охватившей нетронутые кварталы города.
Словно только и поджидая эту мысль, из-за угла завернула толпа ликующих горожан и промаршировала до развалин таверны. Кетрил Фентлок и его сын Эбрил возглавляли колонну. Джаг встретил их у баррикад.
- И куда это вы собрались? – поинтересовался он. Констебль держался вежливо, но говорил тоном, которым овладел в совершенстве, будучи командующим Пурпурных Драконов – тоном, заставлявшим зелёных новичков обмочить их штанишки. Кетрил дёрнулся.
- М-мы хотим отрезать голову этого великана. «Пляшущий Рух», может, и уничтожен, но я собираюсь отстроить это место, назвав «Стрела в глаз». Голову повесим над барной стойкой, - хилый мужчина подтянул ещё более хилого сына к себе. – Мой мальчик завалил чудовище. Мы имеем право на трофей!