Никогда бы не подумал, что мое собственное имя, Терциус Вондс, будет связано с этим темным доменом. Не то чтобы у меня был собственный участок Бездны с моим именем на нем, но такое могло бы случиться, если бы не мой вездесущий и мудрейший спутник, джин Ампратинес.
Позвольте мне начать с начала, что, в данном случае, не значит со Сколько-Их-Там-Кругов-Ада, а – с города Ириэбор, жемчужины на короне верхних течений реки Чионтар. Ириэбор состоит из двух городов: верхнего города, построенного вдоль узкого горного хребта с видом на реку, и нижнего города, прижавшегося к сторонам того самого хребта. Верхний Город плотно застроен важными зданиями, приставленными друг к другу как детские кубики. Место на дорогом счету в верхнем городе, и ни один из многочисленных торговых лордов не захочет съехать из насиженного (пусть и переполненного) места в Нижний Город. И на то есть хорошая причина. Пока Верхний Город купается в относительно теплых лучах солнца этих краев, Нижний Город обычно завернут в миазмы утреннего тумана, полуденного мрака и вечернего промышленного дыма. Дальше внизу находятся кузни, плавильни, мастерские красильщиков, дубильщиков, кожевников, шляпников, каретников, а еще конюшни и торговые конторы с сопровождающими их стойлами, телегами, складами, гостиницами, тавернами и всевозможными видами развлечений для рабочих, возчиков, грузчиков и прочих трудяг. Нижний Город, если коротко, работает так, что пыль стоит столбом, в прямом и переносном смыслах, по крайней мере, пока в этом заинтересован Верхний Город.
В то время я временно проживал в «Странствующем Виверне», получившем высокие оценки во всех путеводителях, по мнению его владельцев. К сожалению, его вид открывался в основном на вышеупомянутый Н. Г., поскольку находился он как раз над зданием кожевников. В результате, я просидел в гостиной «Виверна» почти все время моего пребывания там, расширяя свой кругозор в основном за счет чтения.
В тот период моей жизни я двигался на восток, медленно, но упорно, стараясь сделать как можно больше остановок на своем пути в родной город Глубоководье.
Прекрасный Город Роскоши занимал особое место в моем сердце, и я бы предпочел жить там, если бы не присутствие моих первоклассных родственников из семьи Вондс. Дело в том, что большая часть упомянутых родственников – маги. Могущественные маги. Самый могущественный сильный из них – мой двоюродный дедушка Маскар, который был достаточной причиной, чтобы молодой человек, который не интересуется заклинаниями, ушел на восток. Я раньше считал, что Скорнубель находился достаточно далеко, но недавние события убедили меня, что перемещение дальше, вглубь Побережья Меча, будет мудрым решением. А тем временем, когда весь Ад (или Баатор) был готов разверзнуться, я замечательно проводил время в гостиной «Странствующего Виверна», уткнувшись в книгу.
Сейчас я, наверное, услышу, как читатель восклицает: «Ага! Старинный магический фолиант, найденный в каком-то древнем склепе». На самом же деле, эта книга, которую я читал, была написана прошлой весной честолюбивым молодым автором, Эллисон Родигар-Гленн, опубликована в Глубоководье и продавалась в отделениях «Почтовых заказов Авроры». Это была историческая мистическая книга или «мистория», как их еще называли, и, должен признать, я не мог от нее оторваться.
- Я тебе говорю, эта Мисс Родигар-Гленн выпустила отличную книгу, - обратился я к Ампратинесу, моему джину и личному лакею.
- Как скажете, сэр, - ответил джин, заменяя мой выпитый напиток на новый. – Я не знал.
Для существа таких размеров, как Ампратинес, он перемещался тихо и грациозно, что было почти так же ценно, как и его умение подавать напитки. Он был, конечно же, самым высоким в комнате, перемахнув за отметку в десять футов. Тем не менее, он был одет не в свободный халат, характерный для представителей его рода, а в представительные и ухоженные штаны и камзол, с расстегнутой рубашкой под ним. Самое удивительное в нем – помимо того, что он могущественный обитатель плана елементального воздуха, что само по себе достаточно удивительно – это его голова. Клянусь, она больше, чем у многих его вида, и на то нет иной причины, кроме как вмещать своенравный мозг. Под его лбом находится больше сокровищ, чем во всех домах Калимшана, а его лицо более глубокомысленное, чем у любого визиря.