– Знаешь, мы с Тео уже давно всё обсудили и разошлись с миром. Да, я сам виноват был. И она мне этого не простила. И теперь мы всего лишь друзья. Пусть лучше так, чем она опять уедет. И вообще, могу поспорить, что она давно забыла обо мне. Как и я о ней.
– А кто на днях допытывался, не спал ли я с Тео? Если она так нужна тебе, что же ты бегаешь за каждой юбкой? Бьюсь об заклад, она наверняка застукала тебя сегодня с кем-то, оттого и обижается.
Тут Наполеон, сам того не ведая, попал в яблочко. Джека это взбесило. Чувство вины, которое он напрасно пытался заглушить, всколыхнулось в нём с новой силой.
– За кем хочу, за тем и бегаю. Оставь мои отношения с Тео в покое!
– Ах, так? – Наполеон залпом осушил очередной бокал и в упор посмотрел на Джека. Ему это уже надоело. – А я говорю: она любит тебя, дубина ты! Спорим?
– Спорим!
– Я сделаю всё, чтобы вы поговорили начистоту. Если я прав и у вас с Тео есть шанс, то ты... Ты на ней женишься, как обещал когда-то.
– А если это всё твоя шутка, Нап, то я…– зло выпалил Джек и не закончил. – Да хоть и так! И женюсь! Но и ты не отвертишься, будь уверен.
Джек попытался подняться, но это оказалось проблематично. Он пошатнулся и плюхнулся на диван, всё ещё сверля друга яростным взглядом. Как он не понимает, что нет и не будет у них с Теодорой общего будущего.
– Ладно, с тобой мы разберёмся, – примиряющие поднял руки Наполеон, – но что мне делать?
Впервые в жизни он пожалел, что пьянел медленнее, чем Джек, и сохранял ясность разума. А разум не желал мириться с действительностью и напоминал: он, Наполеон Дэстини, испытывает отнюдь не дружескую симпатию к магу Оноре.
– Всё, что можно было, я предложил, – заупрямился Джек, всё ещё сердитый на друга. – Тебе нужно себя проверить.
– И как мы это сделаем? Позовём официанта, заставим раздеться? Да об этом завтра весь город гудеть будет.
– Мдааа, ты прав. Но у меня есть план.
Наполеон разлил остатки коньяка по бокалам и с сожалением посмотрел на пустую бутылку. Как-то быстро у них заканчивается спиртное. Кажется, следует всё же вызвать официанта.
Друзья снова выпили.
– Что за план? – Наполеон снова затормошил друга.
– План... Да...– Джек затряс головой, разгоняя алкогольный дурман. – Если тебе нравятся мальчики...
– Мне не нравятся мальчики, – взвился Наполеон.
– Хорошо. Если. Тебе. Нравится Оноре, то тебе должен понравиться и я!
– Чего?!!!
– Посмотри на меня. Я красив?
Джек гордо выпрямился, позволяя себя осмотреть. Смуглый, кареглазый, волосы каштановой волной спускаются на плечи, всегда весёлый балагур и шутник, Джейкоб Эдройт нравился женщинам. Он знал, как угодить дамам, а те в свою очередь прямо млели от его очарования и комплиментов.
Да, Джек определённо нравился женщинам, но нравился ли он мужчинам в том же смысле, Наполеон не знал. Поэтому Дэстини лишь пожал плечами.
– Наверное...
– Ну, раз «наверное», тогда поцелуй меня.
– Джек, ты совсем с ума сошёл!
– Да погоди ты!
В двери кабинета постучали. Наполеон уже и забыл, что заказал принести им ещё выпивки. Он выхватил у оторопевшего слуги непочатую бутылку и отправил за новой. Джек пить не стал, вместо этого он грудью навалился на стол, смахнув стоявшую между ними посуду, и принялся объяснять взбешённому Наполеону свою идею.
– Ты же мой друг, так?
Наполеон кивнул.
– И я для тебя что угодно сделаю! Что попросишь. Хоть на костёр!
– Э, нет, за костром – это к Тео, – перебил рыжий, – кстати, не забудь, мы с тобой поспорили.
– Да помню я, помню, – отмахнулся Джек. – Сейчас разговор не об этом. Чтобы проверить, нравятся ли тебе парни, нужно к кому-нибудь поприставать. И по тому, как... км... ты... как поведёт себя твоё тело, мы и определим, есть ли у тебя склонность к себе подобным. Логично?
– Ну да, – неуверенно заметил предмет их беседы.
– Вот и я так считаю. А так как почти что королю не пристало вести себя неподобающим образом, я предлагаю свои услуги. И предлагаю за это выпить.
Наполеон наполнил бокалы, и они снова выпили.
– И как ты себе это представляешь?
Идея Джека больше не казалась Наполеону абсурдной.
– А вот как...
Джек пересел на свободное место рядом с Наполеоном и положил его руку себе на бедро.