– Решаете дела государственной важности?
– Ты опоздал. Мы уже всё обсудили.
Грегор принялся собирать бумаги, но внезапно остановился и повернулся к Оноре:
–Мне предупредить кронпринца о возможном исходе дел?
– Не стоит, он сами узнают, когда придёт время, – ответил Оноре. – А пока покажи мне ещё раз тот магический контракт и список условий, требуемых Его Величеством к выполнению.
Джек решил воспользоваться моментом и, пока маг и Советник увлечённо копались в бумагах, отозвал Наполеона в сторону.
– Ты виделся с Тео?
– Да. Я все уладил, Джек. Она все ещё не хочет тебя видеть, но склонна простить. – Наполеон улыбнулся и ободряюще похлопал друга по плечу. – Завязывал бы ты со всем этим. Если будешь от неё бегать, никогда не получишь своё сокровище.
– Ничего я не бегаю, – вспыхнул Джек, – и вообще, мы с Тео давно расстались.
– Да, ну? – хмыкнул Наполеон, – и поэтому ты носишь с собой её кольцо? Говоришь, что она тебе не нужна, и ведёшь себя, как собака на сене?
Джек отвёл глаза. Наполеон опять попал в точку. Он тут же постарался сменить тему.
– А Ледышка твоя, смотрю, так и не оттаяла...
В этом Джек был прав. Если не считать того лёгкого прикосновения, Оноре избегал его, не смотрел в глаза и вообще держался настороженно. Словно ждал, будто Наполеон в любой момент набросится на него, обуреваемый сложными чувствами.
Маркиз Эдройт взглянул в хмурое расстроенное лицо друга и понял, что последнее говорить не стоило. Он почувствовал себя неловко.
– Да ладно тебе, чтобы ни случилось, он всегда на твоей стороне. И пойло это мерзкое сварил. Хотя после вчерашнего мог бы и отравить.
Наполеон молчал. Джек вконец стушевался и пожалел, что вообще пошёл искать Наполеона. Лучше бы не у друга выпытывал, как обстоят дела, а сам сделал то, к чему его упорно подталкивал Наполеон. Да, именно так и надо. Нап прав, сколько можно прятаться от собственной тени.
Джек решительно поднялся со своего места. Вскоре после ухода маркиза Эдройта засобирался и Грегор. Так закончилось первое совещание нового короля. Пусть ещё неофициальное, но от этого не менее продуктивное.
Оноре и Наполеон остались одни впервые со вчерашнего вечера. Чувство неловкости выразилось у Дэстини в том, что он нервно взъерошил пальцами волосы и растерянно осмотрелся по сторонам, будто ища сочувствия и поддержки у безмолвных стен. Объясниться с Теодорой было намного легче, чем с магом. А он, щедро раздававший советы, вдруг понял, что и ему не помешала бы подсказка. Любая.
Первым наступившую тишину нарушил Оноре. Он снова спрятал руки в рукава мантии и немного ссутулился, словно стремился раствориться в помещении, сделаться менее заметным.
– Мне пора. Я ещё не полностью восстановился после двух магических ритуалов и быстро устаю.
– Я бы хотел поговорить с тобой. О… о вчерашнем.
– Как тебе будет угодно.
– Ты всё ещё сердишься на меня?
– Нет, – честно ответил собеседник. – На тебя невозможно сердиться, я же говорил.
Оноре взглянул на Наполеона, и этот взгляд, полный удивительной, непонятной самому Дэстини нежности, сбил виконта с толку. Если не сердится, тогда что же? Почему ведёт себя так, словно боится его? Почему избегает?
Наполеону хотелось объяснить то странное влечение, пробудившееся в нём, но он не мог подобрать слов.
– Я был пьян, – неуверенно начал он и внезапно вспылил. – Собственно, ты сам виноват!
– Я?! В чём я провинился? – растерялся Оноре, не ожидавший подобных слов. – Неужели в том, что подписал собственной кровью ритуал в пещере? Так это было необходимо! Смарагд твой, это никто не оспорит. Всё это ради спокойствия и подстраховки.
Наполеон недоуменно посмотрел на вдруг покрасневшего мага. Чего уж точно не ожидал виконт Дэстини, что тот начнёт оправдываться. Между тем маг, впервые не обращая внимания на то, что происходит вокруг, продолжал:
– Ты так искренне говорил с Теодорой о том, что друзья всегда должны доверять друг другу. Но если бы я… Если бы…
– Доверие?! И это доверие? Да ты же ничего не сказал о ритуале! Разве так сложно было поставить меня в известность? И что мне теперь всегда бояться, что расплачиваться за проступки кого-то из Гроссов придётся твоей жизнью? Я не оканчивал школу магов, но знаю, что значит подписать ритуал кровью.
Внезапно до Наполеона дошло, что они с Оноре говорят о разных вещах.
– Что ты ещё скрываешь от меня? Я желаю знать правду! Немедля!