– Ах, вот как! Решил ради власти использовать Тео, как подстилку?
– Не забывайся, Джейкоб, – вспылил Наполеон. Он устал, да и головная боль не добавляла радости. – Тебе припомнить, сколько раз Тео наблюдала твои похождения? Ты, кажется, ничуть не стеснялся её. Так позволь же ей сейчас достойно сделать то, что попросил от неё я!
– Не ожидал от тебя подобного. Вот, оказывается, чего стоят твои благородные заявления, как только дело коснулось короны, – зло процедил Джек и отвернулся от друга. Говорить им было больше не о чем. Но и Теодоры не было в банкетном зале. Он тотчас отыскал взглядом кронпринца. Тот беседовал с женой. Интересно, куда она делась? Но разыскать беглянку не удалось, маркиза Эдройта снова отвлекли. Фердинант и Лилиан решили покинуть гостеприимного хозяина.
В это время Теодора Фойерштайн, спрятавшись в нише возле одного из окон за тяжёлой портьерой, устроила себе передышку. Маскарад давался ей тяжело. Она в который раз посетовала на то, что согласилась подыграть Максимилиану. По мнению девушки, он был зануден. Умён, конечно, начитан. Но как же скучен его монолог. Другое дело Джек, он любую историю мог рассказать так, будто это великое приключение. Нет, о Джеке сейчас думать нельзя, иначе не поможет никакая выдержка, она пошлёт приставучего кавалера подальше, погубит их с Наполеоном план, так и не разобравшись в отношениях с бывшим женихом.
Решив, что дальше её отсутствие будет нежелательно, Теодора вышла из-за портьеры и нос к носу столкнулась с взъерошенной Онориной.
– Что-то случилось?
– Нет... Я… Пойду, наверное, – Онорина обернулась к принцу Роберту и уже заученно произнесла привычную отговорку:
– Ваша Светлость, Вы позволите мне покинуть Вас? Мне всё ещё нездоровится после всего.
– Что Вы! Никаких извинений. Это моя вина. Я, наверное, совсем замучил Вас разговорами. Идите. И помните, мы с матушкой всегда рады Вас видеть. Она, кстати, тоже покидает нас.
Они провели королевскую чету до парадного входа. Фердинант, не скрывая более своего довольства, не расставался с ценным свитком. Он помог жене усесться в автомобиль, поблагодарил Наполеона и, помахав всем на прощание, дал знак водителю трогать.
Теодора перед тем, как выскользнуть в сад, успела предупредить Наполеона. Ушёл и маг Оноре, в который раз посетовавший на духоту и плохое самочувствие. Виконт Дэстини, вновь воспрянувший духом, предложил вернуться в особняк и осушить по бокалу вина. Он сделал вид, что не заметил, как в сад вслед за Теодорой прошёл Максимилиан.
– Теодора...
Кронпринцу не пришлось долго искать свою добычу. Он нашёл девушку недалеко от входа, облокотившуюся на парапет декоративного фонтанчика.
– Да?..
– Вы... я восхищён. Вы так прекрасны сегодня, – Максимилиан подошёл ближе и осторожно положил руки ей на плечи.
– Я был бы бесконечно счастлив, если бы смог сорвать те цепи, что сковывают Вас. Будь Вы рядом… – Максимилиан провёл ладонями по плечам Теодоры, привлекая к себе, и склонился совсем близко, продолжая шептать на ухо:
– Он держит Вас подле себя, верно? Использует то, что Вы девушка и не можете за себя постоять, я прав? О, моя милая Теодора, доверьтесь мне... Я не дам Вас в обиду.
Теодора позволила себе глубоко вздохнуть, чтобы грудь под тонкой тканью платья обольстительно заколыхалась.
– Это всё ради... Вы спрашивали, что меня держит рядом с друзьями... – Она ещё раз глубоко вздохнула. – Это так сложно объяснить.
– Они глупцы и слепцы, – горячо ответил кронпринц. – Они не замечают, какое сокровище рядом с ними. Я же вижу в Вас незаурядный ум, гордость и целеустремлённость. Это прекрасные качества. Вдвоём мы могли бы принести куда больше пользы, чем…
Максимилиан осёкся, не желая произносить имя соперника вслух, но девушка и так поняла, к чему он клонит. Она медленно повернулась в руках кронпринца, обращая к нему лицо, ради любопытства, надеясь увидеть хоть немного той страсти, что звучала в произнесённых словах. Увы, фиалковые глаза были холодны и спокойны.
– Это так неожиданно…
Внезапно, уловив краем глаза движение впереди себя, девушка бросилась на шею Максимилиану.
Стеклянные двери сада открылись, впуская Наполеона с баронессой фон Хайкель под руку.
– Маааакс! Что это значит?! – визгливо закричала та, заметив, что в саду они не одни и её муж обнимает другую.