— Я не понимаю тебя. Вот мой секрет.
— Это небольшой секрет.
— Но правда. Я не могу понять тебя. Что ты делаешь.
— Потому что я так мил?
— Что-то вроде того.
Он ещё пах теплом и пеплом. И был так близко — достаточно близко, чтобы коснуться её после малейшего движения.
Когда он сказал, что ждал её поцелуя, она должна была сделать это прежде, чем он закончит говорить, чтобы увидеть его лицо. Она могла остановить все замечания, целуя его. Он бы смеялся, и она чувствовала бы рокот смеха у себя в горле. Но потом… он не смеялся бы. Положил бы руки ей на талию или на затылок, запутался бы в волосах. Ему пришлось бы наклониться, чтобы поцеловать её… Или, может быть, он поднимет её, усадит на стол. Будет смелее, чтобы вернуть себе власть.
Она посмотрела на его губы. Она могла сделать это сейчас. Порыв дракона, порыв магии — и сделать что-то самой впервые в жизни. Взять то, что она хочет.
Уголки его губ изогнулись. Губы, что целовали её в пыли башни, хотя она не помнила этого. Попытка построить союз потерпела неудачу. Он был не её любовью, если проклятие было правдой.
Она не могла поцеловать его. Ей надо уйти прежде, чем она сделает то, о чём будет жалеть.
— Я должна отдохнуть. Уже поздно.
Смех Финнегана рассказал ей всё, что она должна была знать. Он знал, что она думает. Знал, почему уходит.
Она встала и зашагала прочь, не сказав ни слова.
— Я хочу поцеловать Финнегана.
Крапива изогнула брови. Певица стояла в дверях своей комнаты, одетая для бала. Её красный шёлковый наряд прильнул к коже, светлый макияж сделал глаза ярче и глубже. Маленький дракон, который сиял рубинами, держал волосы.
— Это сюрприз для тебя? — спросила Крапива.
— Нет. — покачала головой Аврора. — Не знаю. Можно войти?
— Конечно, — Крапива шагнула в сторону. — что случилось?
— Ничего не случилось. Это половина проблемы. Мы говорили, и я… я хотела поцеловать его. Это было всё, о чём я могла думать.
— Тогда почему не поцеловала? Удовлетвори импульс хотя бы на время.
Аврора рассмеялась.
— Ты знаешь, что я не могу этого сделать.
— Почему нет? Ты хочешь, он хочет. Не вижу проблемы.
Аврора опустилась на кровать.
— Я не уверена, что должна ему доверять.
Крапива повернулась к зеркалу, добавляя штрихи губам.
— И ты должна ему доверять, чтобы поцеловать?
— Нет, я не знаю. Но я начинаю доверять ему.
— Ещё одно основание для поцелуя.
— Но я не могу! — и как пояснить? Она сама едва себя понимала. — Я должна быть разумной. Делать то, что лучше для Алиссайнии.
— А, как насчёт того, что лучше для тебя?
— Поцелуи с ним — не лучше для меня.
Крапива посмотрела на Аврору в зеркало.
— Это только поцелуй.
Но это не только поцелуй. Её поцелуи с Родриком были только поцелуями, обязанностью, что надо выполнять. Если б она поцеловала Финнегана, это означало бы другое. Это означало бы попробовать желанное, пойдя против судьбы. Если она поцелует Финнегана, она не остановится на этом.
Крапива сдула надоедливый волосок и сняла драконовую заколку, распуская волосы на лицо, а после вновь схватила пряди, закрепляя их.
Аврора смотрела на одеяло. Синие завитки пронизывали ткань.
— Мы были в развалинах сегодня. Думаю, я могу контролировать драконов.
— Смелая теория.
Аврора кивнула.
— Я видела много странного за свои путешествия, но ничего страннее этого.
— Финнеган сказал, что я могу использовать их, чтобы восстановить Алиссайнию. Напугать короля Джона. Но… я не знаю.
Крапива была тиха.
— Не думаю, что Алиссайния может достичь мира без насилия. Но моё мнение не имеет значения, только твоё.
— Я не знаю.
— Тогда ничего не делай, пока не решишь.
— Нет времени ничего не делать, — хуже всего, что для исследований нужно было время, когда всё рушилось. — Алиссайния уже нуждается в помощи.
— И действия без плана не изменят всё к лучшему.
— Ты сказала, что я должна поцеловать Финнегана.
— Это не задержит, если ты хочешь.
Аврора прослеживала рисунок на одеяле. Волосы спадали на глаза.
— Я прежде была неправа, — наконец-то сказала она. — Когда думала, что кого-то люблю.
— Ты о Тристане?
Она кивнула.
— Думаю, это было, немного. Тогда я считала это романтичным. Встретить парня в таверне, смотреть на город с крыш… захватывающе. И совсем не так.
Матрас прогнулся, когда Крапива села рядом.
— Но с Финнеганом не так, — сказала Крапива.