— Нет, — Аврора покачала головой. — Ты меня не побеспокоила, просто…
— Просто ты мстила свече? — Эрин улыбнулась. — Надеюсь, тебя рассердил не мой дурак-брат. Уверяю, он того не стоит.
— Нет. Прости. Я не должна была терять самообладание.
— Кто я такая, чтобы говорить тебе, что ты должна и не должна? И если бы ты рассердилась на моего брата, я б не удивилась. Он того заслуживает.
Эрин принялась раскладывать книги на столе. Она притащила четыре фолианта об Алиссайнии.
— История? — спросила Аврора. — Алиссайния?
— Да, мама хотела, чтобы я изучала её подробнее. Наверное, потому что ты тут.
— Я тоже пыталась просматривать, — кивнула Аврора. — Столько пропустила, пока спала…
— Ну, тут нет книг о современности. В основном старая история. Алиссайя. Королева Дездемона, золотой век, — Эрин возилась с книгами. — Мои любимые. Ненавистные женщины. Выброшенные за то, что у них было слишком много власти. Это интересно.
— Да, — кивнула Аврора. — Захватывает.
Эрин вытащила одну из книг и остановилась.
— На самом деле, я хотела спросить. Ты говорила о Родрике, словно любила его.
— Да, — кивнула Аврора. — Он хороший человек. А что?
— Я задавалась вопросом, что тобой руководило. Люди всегда говорят хорошее о принцах, но ты не хочешь за него замуж.
— Я не потому сбежала.
Эрин кивнула.
— Были дискуссии по поводу брачного союза между нами. Думаю, мать более заинтересована в дальнем, в Палире… но после трагедии с принцессой Изабель она может к этому вернуться. Если Финнеган не выстроит союз, то должна я. Потому мне было любопытно…
Аврора смотрела на молодую принцессу, элегантную с её завитками красных волос. Она была девушка из ожиданий Айрис, что могла заставить всех её обожать, говорить мудро и пользоваться своим «навсегда». Может быть, Авроре надо было ревновать, слыша, что Эрин может выйти за Родрика однажды. Но Родрик заслуживает счастья, а с Авророй его не будет. У неё не было к нему ничего, кроме дружбы. Большего она не желала.
— Родрик замечателен. Он будет хорошим мужем.
— Тем не менее, ты за него не вышла.
Аврора открыла книгу и принялась листать страницы, не глядя на слова. Её руки ещё дрожали.
— Я не могла остаться. Я не могла поддерживать Джона в этом…
— Это единственная причина?
Аврора посмотрела на неё снизу вверх. Эрин смотрела на её губы. Заинтриговано.
— Это было странно, — сказала Аврора. — Сначала я считала Родрика… неловким. Что мы не подходим друг другу. Но не думаю, что встречала кого-то добрее. Казалось, он тот, кого я должна любить. Я дура, что этого не видела.
— Ты видела, — покачала головой Эрин, — если судить по словам.
— Но я к нему ничего такого не чувствую. Я люблю его как друга, мы могли бы быть счастливы вместе немного, но я не должна.
— Ты чувствовала, — сказала Эрин. — И если не любила его, а брак мог только навредить королевству, то лучше его отпустить, разве нет? Добрый человек, что заслуживает кого-то, кто не будет его мучить.
— Я его не мучила.
— Тогда ты лучше остальных, если это правда.
Аврора повернула страницу.
— Думаешь, ты будешь его мучить, когда выйдешь замуж?
— Нет, — тихо ответила Эрин. — Нет, конечно, нет. Думаю, есть разница между созданием дипломатического альянса, что ждала всю жизнь, и пробуждения в будущем, чтобы узнать, что трон не твой, а ты выйдешь замуж за нового наследника. Странный поворот. Если ты не против, что я так говорю, — она вздохнула довольно нетерпеливо. — К тому же, я отмечена быть королевой другого царства, не буду отбирать всё у Финнегана.
— Не думаю, что он думает, что ты собираешься его свергнуть, — осторожно сказала Аврора. — Но он думает, что люди предпочитают тебя как королеву.
— Финнеган смешон, — впервые голос Эрин был резок. — Он старший брат и первый в очереди на престол. Это так! Может, если б он позволил людям увидеть свою серьёзную сторону, он бы так не беспокоился, — она остановилась и вновь посмотрела на Аврору, а после покраснела. — Я не должна была этого говорить. Это не имеет значения. Он первый в очереди на престол. Он может раздражать маму, но это ничего не меняет.
Щёки Эрин всё ещё были красны — первый намёк на её неловкость, что только видела Аврора. Но даже румянец её казался милым. Она была похожа на правительницу.
— Ты хочешь быть королевой?
— Если б у меня было право… Но если бы я стала королевой Ванхельма, это бы значило, что Финнеган мёртв или обездолен. Я не хочу этого. И… Царицы никогда не оборачиваются добром, да?