– У вас уже есть коллектив редакции, помещение? – полюбопытствовал Володя.
– Пока нет. Но скоро все будет. Особенно когда город займут большевики. А это вопрос времени. Пока мы выходим на общественных началах… почти. А после прихода большевиков развернемся полностью.
И Володя согласился печататься в обновленной газете – даже пока на общественных началах. Он был в таком восторге, что сам доплатил бы за то, чтобы его печатали!
Его криминальные очерки стали выходить на первой полосе, и Володя получал даже какие-то деньги. Он твердо решил отныне и навсегда посвятить себя исключительно газетно-литературной работе.
«Одесские новости» и были той причиной, по которой он не уехал в Париж. Еще была Таня, но в этом он не признавался себе даже тайно. А газета стала причиной официальной и самой явной. Многие порицали Володю за то, что он печатается в газете большевиков. Но ему было все равно. Он стал лояльно и даже хорошо относиться к ним – за то, что именно они оценили его творчество.
После ухода французов и воцарения в городе красных все произошло так, как предсказывал главный редактор, большевик Краснопёров. «Одесские новости» стали главным городским изданием, получили солидные денежные дотации и огромное помещение на Дерибасовской. Володя занял свое место в штате редакции, и по тем временам начал получать большую зарплату. «Одесские новости» стали проводником новой политики, проводимой в городе.
Перед переездом в новое помещение их всех собрал Рутенберг. Присутствовала и глава большевиков Соколовская.
– Вы – рупор новой информационной политики, – говорил Рутенберг, – нам очень важно, чтобы именно вы заполнили информационное пространство и сформировали общественное мнение. Наша задача – сделать газету массовой и как можно более дешевой. Вы должны разъяснять населению всю выгоду революции и новой революционной политики, которая работает на народ. Как важный и главный орган новой пролетарской культуры, «Одесские новости» должны пропагандировать среди населения наши идеи, особенно среди пролетариев, которые должны стать вашими основными читателями, когда мы покончим с безграмотностью населения. Вы – наше будущее, и мы будем вас поддерживать.
Все бурно захлопали в ладоши, а Володя вдруг задумался, что кроется за этими сладкими словами. Ему не нравился Рутенберг. И он вдруг понял, даже скорее прочувствовал то, что никто не понял: в газете будет очень жестокая цензура.
Так и произошло. Каждый материал просматривался и подписывался редактором в печать только после личного одобрения Рутенберга. Но очерков Володи это не коснулось, они по-прежнему шли на ура и появлялись на первых страницах.
– Вы показываете всю гниль бандитов как классового элемента, – говорил Краснопёров, – в ваших очерках звучит мысль, что единственный способ нейтрализовать бандита – уничтожить его физически. Это очень правильная мысль. Мы должны донести до населения всю пагубность воровской романтики криминального мира старой Одессы. Подчеркнуть, что главная цель новой власти – избавить Одессу от уголовников любым способом.
И Володя послушно писал именно так, создавая ходульные, искусственные образы одесских бандитов, не имеющих ничего общего с настоящими, реальными. Впрочем, если раньше за эту натянутость, безжизненность и однобокость его ругали, то теперь только хвалили. Бандиты у Володи получались плохо, уродливо, и это очень устраивало новую власть. Сосновский же, не разбираясь в истинных причинах своей популярности, купался в восторге от своих публикаций как в теплой, ароматной ванне, и это составляло всю его жизнь.
А культурная, литературная жизнь в городе бурлила по-прежнему, несмотря на то, что изменились времена и обстоятельства.
До революции в Одессе ежегодно издавалось около 600 изданий, причем почти все они были на русском языке. Только местных газет было 60 и 30 толстых литературных изданий.
В 1919 году в Одессе осталось лишь 10 местных газет и 3 толстых литературных журнала. Интересен был тот факт, что, по требованию новой власти, из 10 газет 2 – 3 выходили на украинском языке. Так новая власть старалась подчеркнуть, что Одесса – это не бывшая Российская империя, а Украина.
Из местных газет самыми важными были «Одесские новости», «Одесские известия», «Одесский коммунист», «Моряк», «Профессиональная жизнь» и «Бiльшовик» (издающаяся всегда на украинском языке). Все газеты в Одессе контролировал Революционный комитет. Очень скоро в Ревкоме появился специальный отдел по газетной цензуре.